Золотые Дети. Противостояние

 – Там достаточно места, чтобы не мешать его работе. Я, просто не понимаю. У меня такое ощущение, что что-то произошло. И еще, Лекс от меня что-то скрывает. Что? – Кристалл поймала мой заискивающий взгляд. – Брат никогда не рассказывал о тебе, и вдруг ты предлагаешь поселиться у тебя. Ты покупаешь игрушки для Шина. Да, я благодарна, но так не поступают чужие люди. Ты очень странный. Я не обвиняю тебя, но то, как ты ведешь себя со мной, это… пугает.

Я с трудом втянул воздух. Грудь свело от тупой боли.

– И эти люди.

– Никто не причинит тебе вреда. Я – тем более.

Она нахмурилась.

– Выглядит, как клятва.

– Так и есть.

Кристалл закусила нижнюю губу, а я проглотил проклятия, потому что мое тело отреагировало на этот жест не так, как следовало ситуации.

– Я знаю, для тебя это все странно, но, – я поднялся и подошел к ней – она отступила. Черт. Все же, я пугаю ее. – Прочти это. – Я протянул ей тетрадь.

– Что это?

– Дневник.

– Зачем ты мне его даешь? Зачем мне его читать? – она еще на пару шагов отступила назад.

– Прочитав его, ты поймешь, что происходит. – Я надеялся, что Кристалл поймет… или хотя бы даст возможность этому обрести жизнь.

– Я не хочу его читать.

– Пожалуйста…

– … я не имею привычки, читать чужие дневники. – Вторила она.

– Пожалуйста, Кристалл. Это меньшее, о чем я прошу.

Кристалл встретилась со мной взглядом. Я думал, что мое сердце остановится.

Она все же взяла у меня тетрадь; я заметил, как ее рука немного дрожала и снова закусила губу.

– Если хочешь, я оставлю тебя.

– Нет. – Резко ответила Кристалл. Испуг читался в ее глазах. – Останься.

Я прикрыл глаза, растворяясь в этом слове.

Она шумно выдохнула и шагнула к кровати, сев на нее. Я присел на подоконник, наблюдая за тем, как Кристалл осторожно, точно тетрадь была вымазана в грязи, открывает титульный лист.

Резкий вдох вырвался из ее рта. Ее взгляд взметнулся ко мне, а брови недоуменно сдвинулись.

– Чей это дневник?

Я опустил голову. Интуиция подсказывала мне, что Кристалл уже все поняла, но отказывалась принимать правду.

Я услышал, как захлопнулась тетрадь.

– Я не притронусь к нему, пока ты не скажешь, кому он принадлежит?

Я откинул голову назад, уставившись в потолок.