Золотые Дети. Противостояние

Я, конечно, не виню его в правде, но, дьявол, он мог бы и помолчать. – Так. Я понял. Вы двое типо ссоритесь. Окей. Меня нет. – Он ушел в кухню. Тут же донесся шум воды и бряканье посуды.

– Думаю, нам стоит поговорить. – Трейси вернулась в комнату Зэйна. Я, выругавшись на себя и на все дерьмо, что случилось за два дня, последовал за ней. Закрыв дверь, я, молча, ждал, когда она заговорит. Это не было неловкостью, это было вроде того, когда двое осознают, что их ничто не связывает, но один из них, пытается все же сохранить отношения.

Я не хотел этого. Да, я не хотел причинить боль Трейси, все же она спасла меня, в каком-то смысле, но и я и не желал больше ей лгать, и тем более, мучить ее. Лучше, если она все-таки узнает о Кристалл и о моих чувствах к ней.

Я открыл рот, как Трейси откинула подушку и подхватив тетрадь, положила ее у изножья кровати.

Я смотрел на тетрадь в черной обложке и понимал, что объяснять уже ничего не придется. Все уже сказано за меня.

ГЛАВА 8

– Не хочешь сказать, что это такое?

Я же, хотел спросить ее, какого черта она копалась в моих вещах.

Правда, после до меня дошло, она просто разбирала мои вещи, надеясь на то, что мы останемся вдвоем и пусть в этом старом доме.

– Это дневник.

– Я это поняла. Кому он принадлежит?

– Если ты поняла, что это дневник, значит, успела прочесть первые строчки.

Трейси кивнула, поджав губы.

– Это ее дневник? Кристалл Свигер? Почему он у тебя?

– Лекс отдал его мне на сохранение.

Она вскинула одну бровь.

– Почему тебе? Разве, он не мог держать его у себя?

– Не мог. – Я привалился к двери спиной. – Что-то еще? – а «что-то еще» определенно было на последней странице. Эти слова, выведенные Кристалл моим любимым цветом, я читал как мантру, убеждая себя, что когда-нибудь, они сбудутся.

– Ты сказал, что она твоя подруга.

Я вздохнул.

Трейси перевернула тетрадь, откинув титульный лист, и постучала пальцем по красным буквам.

– «Я люблю тебя, Трэвор Блэк. Я буду любить тебя, даже если это будет невозможным».

 – Она захлопнула тетрадь. – Ты солгал мне. Она была твоей девушкой. Ты…

– … она и есть моя девушка. – Я встретил ее шокированный взгляд, уже готовый к тому, чтобы выслушать тонну рыданий, всхлипов и мольбы. – Кристалл была и есть моя девушка. И я ее люблю.

Сказать, что я испытал облегчение после того, как признался, это заново солгать. Я не ощутил того, что с моей груди упал многотонный груз, я не ощутил, что освободился.