Гостинодворцы. Купеческая семейная сага

В простенках между окнами стояли шкафы, наполненные книгами и журналами, по стене висели картины и эстампы, на столе лежала скрипка.

– Боже мой, – вырвалось у него невольно, – и это все ваше?

Молодой Алеев с удивлением посмотрел на Сергея и ответил:

– Разумеется, мое.

– И вам позволяет отец иметь книги и заниматься музыкой?

– С грехом пополам! – улыбнулся тот. – Наружно он недоволен и вечно сердится, что я занимаюсь совсем не купеческими делами, но в душе, я уверен, он очень доволен тем, что книга и скрипка привязывают меня к дому крепче, чем родительские наставления.

– Я? Книга – это моя единственная радость в жизни.

Они заговорили о литературе. Сергей боготворил Пушкина, молодой Алеев благоговел перед Лермонтовым. Оба горячо принялись отстаивать своих божков.

– Не спорьте, Александр Сергеевич, – кричал Аршинов, колотя себя в грудь руками, – выше Пушкина нет поэтов на земле… возьмите вы его любое произведение… да вот, позвольте я вам прочту хоть бы это место из «Онегина»…

Сергей бросился к шкафу, вытащил томик Пушкина и нервно зачитал письмо Татьяны…

Читал он просто, но в чтение вложил столько силы молодого чувства, столько неподдельной любви и благоговения к каждой строчке любимого поэта, что молодой Алеев с нескрываемым наслаждением слушал своего молодого товарища.

– Как это хорошо! – раздался молодой женский голосок, когда Сергей кончил чтение письма.

Сергей оглянулся. У дверей стояла молодая девушка, лет двадцати, и с любопытством смотрела на Сергея.

– Ах, это ты, Липа! – проговорил молодой Алеев и тут же представил сестру Сергею.

Сергей пожал протянутую ему пухлую ручку с розовыми ногтями, взглянул на девушку и вспыхнул. Вспыхнула и Липа и потупила глазки.

Когда Сергей оправился от смущения, Липа уже сидела за столиком и щебетала, как птичка, рассказывая брату, как она упала с санок, катаясь с горы, устроенной у Алеева в саду.

От всей стройной фигуры молодой девушки, дышавшей здоровьем и счастьем, так и веяло тою беззаботною юностью, которая всюду вносит с собой довольство жизнью и бесконечное веселье.

От Алеевых Сергей вернулся домой совершенно очарованным. Он не спал всю ночь.