На заработках. Роман из жизни чернорабочих женщин

Потянувшись на койке, он сел, свесив босые ноги, почесался, поскоблив у себя живот и под мышками, и, зевая, начал обуваться. Обувшись и все еще зевая, он вышел из-за перегородки. В избе на полу и на лавках около стен спали, положив под голову котомки и мешки, три мужика и до десятка женщин. Ступая по полу и стараясь не наступить на ноги спящим, Ардальон Сергеев направился к двери и вышел на крыльцо, чтоб умыться, но в висевшем около крыльца глиняном рукомойнике воды не было. Ардальон Сергеев снова вернулся в избу и крикнул:

– Стряпка! Кого я в стряпки назначил? В рукомойнике воды нет.

Надо воды из колодца наносить! Эй, Арина! Курносая! Где ты тут? Я, кажись, тебя в стряпки на сегодня назначил? Что ж ты с водой-то? Надо вставать и воды принесть. И в ведре воды нет. Что это за безобразие!

Женщины подняли головы и смотрели посоловелыми от сна глазами.

– Где тут у вас Арина валяется? Пусть встает да воду носит. Умыться даже нечем, – продолжал хозяин.

На полу зашевелились.

– Ариша! Вставай! Хозяин будит! – заговорила безбровая Акулина и стала толкать спавшую соседку.

 – Вставай, Арина, да наноси воды.

На полу поднялась курносая молодая девушка и, держась за половицы руками, щурила глаза и зевала.

– Вставай же, стряпка! – еще раз крикнул хозяин. – Здесь ведь не у себя дома, проклажаться нельзя. Вставай, бери ведра да принеси воды из колодца.

– Сейчас… – заторопилась девушка, вскочила на ноги, бросилась к ведрам, стоящим в углу, и, еще пошатываясь от сна, вышла было на крыльцо, но тотчас же вернулась, сказав: – Босиком-то холодно на дворе, позволь уж прежде обуться, – и стала обуваться.

Хозяин между тем начал будить мужиков и других женщин.

– Вставайте! Чего валяться-то! А то заняли весь пол, так что даже и не пройти… – говорил он, проходя за перегородку и доставая оттуда полотенце.

Вскоре два ведра воды были принесены Ариной, умывальник около крыльца был также наполнен водой, и хозяин принялся умываться. Когда он опять вошел в избу, все уже были на ногах.

Арина, умывшаяся у колодца, стояла уже в углу перед закоптелым образом и молилась.

– Открестишься, так печь затопить надо да избу подмести, – отдал он ей приказ.

Вставшие мужики и женщины, достав полотенца, также начали выходить на крыльцо поплескаться у рукомойника. Умывшиеся становились тут же на дворе к востоку лицом и крестились. Хозяин, расчесав гребнем волосы и надев картуз, тоже вышел на двор и широким вздохом втягивал в себя холодный воздух. Было морозно.