Городок

И говорит так задушевно, певуче, проникновенно:

– Зря ты, молодушка, меня позвала. Всё у тебя хорошо будет. Вон ты уже беременна. Мальчонка родится отчаянный. Да и парень твой, мужик, пить бросит совсем. И сразу начнёте вы строгать девочку.

Хозяйка, красная, пунцовая, вспотевшая, тихонько оправдывается, что она, мол, ещё и не беременная даже.

– Как же, как же. Жизни ты, молодая, не знаешь. Сегодня ночью с мужиком ведь кувыркалась. Да не красней. Я – не ваш поп. Я – цыганский.

Вот ты уже и на сносях. Ха-ха-ха…

Верка, Валька, Нюрка или Глафира, что решилась позвать цыганку на свою голову, красная и, что уж говорить, потная до самых до подмышек, заветный рубль отдавала.

Цыганку провожала и вздыхала с облегчением:

– Хм, тоже мне, «беременная». Вот прохиндейка. Да у меня сегодня с Натолием ничего и не было. Дрых да похрапывал.

Каково же изумление нашей жительницы барака, таки да, оказалась беременная. Что подтверждено близкой подругой, раз, потом Агриппой, бабкой-соседкой, два, и, наконец, фершалем.

Он «окормлял» бараки и был для всех просто Склифосовский. Но никто в городке этого медицинского бога не знал. Поэтому просто Федот Лукич, фершал, подтвердил. Мол, да, девушка, беременная. Все признаки. В виде поедания капусты квашеной, солёных огурцов, чрезмерного приставания к мужу и традиционных «задержек».

И последняя инстанция стоит два рубля – гинеколог города Соломон Израилевич (или просто – Изралич) Голомшток (просто – Шток). Их в Городке, Голомштоков, целый клан. Есть даже зубнюки.

– Таки да. Поздравляю, голубушка, всё прекрасно. С таким тазом, как у вас, рожать – не перерожать, душа моя, – так распевал Изралич свой вердикт, моя руки, пока красная Верка, Валька, Нюрка или Глафира натягивала штаны и всё шептала:

– Вот уж не думала. Вот уж не гадала. Да как же, гадала у цыганки – вот и получилось.

Не верь после этого древнейшему племени, которое посещало Городок регулярно.

И как видим – с пользой. Для себя – рубли за гадания получались постоянно. И табор был доволен.

И что удивительно, по законам диалектики и теории Маркса – Энгельса и примкнувших к ним Ленина – Сталина, таки гадание попадает в точку. Женщины Городка беременели немедленно. Мужики, согласно гаданиям, пить почти прекращали, а лошадки – да, продавались. Чё делать – селянин умный, осторожный, его уболтать можно.

А Городок жил своей, не только «цыганской» жизнью. Жизнь неслась вперёд. Все бараки стали оснащёнными водопроводом. Появились даже туалеты.