Крупные ставки

– Не волнуйтесь, – успокаивающе улыбнулся скрипач. – У вас еще есть время потратить деньги.

Его обаяние текло в зал, так что даже солидные мужчины с дорогими часами посмеивались.

– Мне было приятно играть для вас, но последнюю композицию я посвящаю леди с экстравагантным украшением на шее.

Мелани позабавило, как напомаженные дамы принялись изучать свои кулоны и ожерелья, и ни одной из них не пришла в голову мысль, что речь идет о девушке-крупье.

В отсутствие гостей, Мелани позволила себе немного опереться на стол и насладиться великолепной игрой.

Тем временем в проходе появилась фигура, которую она уже не надеялась увидеть сегодня.

Ее незнакомец широким жестом отодвинул штору и склонил голову набок, прислушавшись. С бокалом виски в руке он медленно прошел в зал, выискивая взглядом того, кто исполняет Каприс итальянского композитора. Заметил, остановился.

Мелани невольно залюбовалась его манерами. Пожилая леди с идеальной укладкой отвлеклась от игры в кости, чтобы поздороваться с ним. Он поцеловал тыльную сторону ее ладони и, по всей видимости, сделал комплимент платью. Она благосклонно улыбнулась и обратилась к недовольной даме с ярко-медными волосами. Наверное, привыкшая к очевидному вниманию на суше, здесь, в казино, та сливалась с буйством красок напольных ковров и чувствовала себя блеклым кожаным пятном.

Они обе переключили свое внимание на него, а он…Он нашел взглядом её.

Мелани шумно сглотнула, вытерев под столом неожиданно вспотевшие ладони об юбку, оттолкнулась от стола и машинально выпрямилась.

Бросив на прощание дамам пару слов, он снял вежливую улыбку, и стал прежним – загадочно отрешенным.

Мелани прикусила губу изнутри, когда мужчина спокойно опустился на стул и взглянул ей в глаза.

– Я опоздал?

– Еще успеваете сделать несколько ставок, – улыбнулась она. – Добрый вечер!

От его взгляда хотелось скрыться. Он, несомненно, ее читал, а она робела и заливалась краской.

«Как непрофессионально, Мелани!»

– Желаете приобрести набор? – она указала на столбики с фишками разного номинала.

– Да, сто долларов по пять.