Жилец

Миссис Бантинг испытывала по отношению к молодому человеку самые теплые чувства, ибо пребывала в том радостном настроении, когда человек готов любить всех и каждого. Более того, она даже благодушно выслушала все, что, отвечая на расспросы Бантинга, рассказал Джо Чандлер о последних ужасных убийствах, совершенных Мстителем.

В утренней газете, которую Бантинг сегодня не преминул приобрести, таинственной загадке, о которой говорил уже весь Лондон, было посвящено целых три колонки. За завтраком Бантинг прочел вслух несколько отрывков, и миссис Бантинг, сама не зная почему, почувствовала острый интерес.

– Говорят, – начал Бантинг осторожно, – говорят, Джо, что полиция напала на след, но помалкивает?

Он с надеждой взглянул на гостя. Тот факт, что Чандлер был связан с отделом расследований столичной полиции, придавал ему в глазах Бантинга некий мрачный ореол – в особенности сейчас, после страшных и загадочных преступлений, заставивших трепетать весь город.

– Они ошибаются, – неторопливо ответил Чандлер, и на его красивом флегматичном лице мелькнула тень недовольства.

– Почему, Джо? – вмешалась миссис Бантинг со снисходительной улыбкой.

Ей нравилось, что молодой человек с таким рвением относится к работе. А Джо Чандлер при всей своей солидной неторопливости был не чужд рвения и относился к служебным обязанностям очень серьезно. В работу он вкладывал весь ум и всю душу.

– Потому что с сегодняшнего дня меня тоже привлекли к этому делу. Видите ли, миссис Бантинг, в Скотланд-Ярде все просто кипят.

– Не может быть, – недоверчиво произнес Бантинг. – Неужели в нескольких ярдах от места происшествия находился полисмен?

В газетах этот факт не упоминался.

– Об этом я и говорю, мистер Бантинг! – кивнул Чандлер. – Парень был на волосок от гибели – так мне сказали. По его словам, он услышал крик, но не обратил внимания, поскольку, как вы знаете, в той части Лондона шумом никого не удивишь.

– И вы своими глазами видели те самые клочки бумаги, на которых негодяй написал свое имя? – возбужденно спросил Бантинг.

Треугольные клочки серой бумаги с красной надписью печатными буквами «Мститель», пришпиленные к юбкам жертв, особенно возбуждали воображение публики. На круглом лице Бантинга выразилось напряженное любопытство.