Вздор

Он ни слова не сказал обо мне в своем вступлении. Оно было очень длинное – собственно говоря, оно было длиннее самого рассказа.

– Да, сэр, это замечательное…

– Но подождите, – продолжал Майкл. Это еще не все. С той поры Локлэнд стал постоянно разрабатывать ту же самую тему; он только меняет обстановку. Вечно одна и та же история с девушкой за сценой, с девушкой, руки которой добиваются.

– И это все? – несколько боязливо спросил я.

– Да, это все, – отвечал он.

– Я только что хотел сказать, что Виктор Локлэнд – большое имя в литературе.

– Вы правы, это действительно так, согласился Майкл. Но вы видите, как он начал. А теперь он богат.

– Я думаю, вы с ним большие друзья.

– О, нет. Теперь он еле узнает меня, – возразил Майкл. – Он стал литературным оракулом – разговаривает только с богом, да и с ним не в ладах…

3

Какого рода книгу собираетесь вы написать? – спросил Майкл после короткой паузы.

– Предполагается художественное произведение. Роман. Вы мне нужны в качестве героя.

– Вот как? Прекрасно? – воскликнул он. – Это дело по мне. Быть героем! К тому же я человек вполне пригодный для триангуляции.

– Что такое? – спросил я. – Пригодный для триангуляции? Это что-нибудь, касающееся книги?

– Да, совершенно верно. Вечный треугольник. Разве вы не знаете, что это такое? Это – сюжет большинства романов. Когда я странствовал по Англии, я работал в двух вечных треугольниках для Герберта Уэльса. Он говорил, что я был самым лучшим типом из всех, какими ему когда-либо приходилось пользоваться в своей триангуляционной работе, а он, черт возьми, знает свое дело.

Я подумал, что должен разъяснить возможное недоразумение, а потому заявил:

– В моем романе, Майкл, не будет никаких треугольников. Книга по своему замыслу должна быть подлинно художественной. Я пишу для интеллектуальных верхов.

– Боже ты мой! – почти вскрикнул он. – Так, значит, я буду героем высшей пробы. Я никогда не рассчитывал на такую блестящую судьбу.

– О, успокойтесь, – возразил я.

– Безразлично, вы думаете? – сказал он с некоторым огорчением. – Авторы всегда так думают. Они все это говорят. Да, вам очень и очень следовало бы послушать, как относятся герои к такому высокомерному взгляду на вещи. Некоторые из самых горячих споров в «Клубе героев» были как раз на эту тему. Что, ваша книга будет консервативной или либеральной?

– Мы лучше сделаем ее либеральной, – отвечал я.