Убийство к чаю

– Пойдём, Эми, мы уходим!

Меня напугал не только труп, но и воспоминания о родителях, которых я не очень хорошо помню, и о несчастном случае, произошедшем с ними на яхте. Где-то там, в водах Атлантики, сейчас таких мирных и голубых, именно перед этим живописным берегом, они погибли самым трагическим образом. Оставив меня с бабушкой, они отправились бороздить море на своей парусной яхте в такую ясную погоду, как в книжке с картинками. Они отмечали пятую годовщину свадьбы… стоял невероятно прекрасный день… пока не начался шторм.

Никто не ожидал его. Не поступило никакого предупреждения от метеослужбы или береговой охраны. У яхты родителей в бушующем море не оставалось ни шанса, и она перевернулась. Помощь пришла слишком поздно. Только несколько недель спустя их тела вынесло на берег. Я всего этого, конечно, не помню, это рассказала мне бабушка. Тогда мне было три года.

С тех пор я ненавижу море. Я не плаваю, не хожу под парусом, не делаю ничего из того, чем охотно занимаются летом мои друзья. Для меня море – значит смерть.

Я панически его боюсь.

Я молча кивнула и позволила бабушке увести себя прочь. Пройдя пару шагов, мы оказались перед двумя валунами, которые море за сотни лет вымыло из скалы. Тот, что был больше, очевидно, служил Рубинии Редклифф столом – на нём стояли полупустая чашка чая и тарелка с цветочками, которую я передала ей сегодня днём. Рубиния съела мой торт до последней крошки.

«Значит, я всё же пеку лучше, чем играю на пианино», – горько подумала я.

В песке рядом с валуном поменьше лежала её дизайнерская сумочка.

Расчёска, зеркальце, чёрный кошелёк, упаковка бумажных платочков и, кажется, связка ключей были разбросаны вокруг.

– Есть ли у вас идеи… Ну, что могло стать причиной смерти? – позади меня спросила Софи Кэмпбелл с плохо скрытым любопытством.

Бабушка наклонилась к сумочке, подняла её и заглянула внутрь.

– Пусто, – прошептала она. Неожиданно она сморщила лоб и засунула нос в сумочку. – Что это?..

– Причина смерти кажется мне более чем очевидной! – Ликующий ответ сержанта Оакса заставил меня повернуться к нему.

Он с трудом поднялся с колен и показал пальцем на шарф Рубинии Редклифф. Все с любопытством склонились ниже.

– Задушена? – предположила бабушка со знанием дела. При этом она как можно незаметнее спрятала в карман своей юбки что-то, похожее на клочок бумаги. Как бы то ни было, я всё равно обратила на это внимание.

Сержант Оакс покачал головой.

– В складках шарфа, – пояснил он.