Музыка пчел

– Мне так жаль, сынок, – прошептала его мама за спиной. – Я ничего не знала.

Джейк покатился в свою комнату. Дверной проем увеличили, чтобы он мог проехать на коляске. Его односпальной кровати с постельным бельем «Звездных войн» не было на привычном месте. Вместо нее стояла специальная кровать для инвалидов: к стене над кроватью крепился подъемный механизм. На своих местах остались постеры и игры, парта и компьютер. Везде чистота и порядок, даже чересчур. Он закрывал за собой дверь, когда услышал тихий голос своей матери и голос Эда на тон выше.

Он сильно устал, но заснуть не мог. Лежал с открытыми глазами, наблюдал, как луна поднимается в небо, пока не наступила кромешная тьма. Он хотел оказаться где угодно, но только не здесь. Да куда ему податься? Наконец-таки он заснул. Ему приснилась золотая река. Она вышла из берегов, подхватила его с кресла, и он уплыл, с легкостью и радостью в душе. Он проснулся утром с тяжелой гирею своего будущего на груди.

После случившегося Джейк оказался в очень темном месте.

Зима 2013 года была рекордной по осадкам – 3,15 метров за три месяца. Ему казалось, он сходит с ума. Он просыпался в темноте, слушал, как родители собираются на работу, и наблюдал, как темнота опускается в 3 часа дня.

Каждый день Джейк сталкивался с опустевшими часами. Еще один день ожиданий. Еще один день ЛФК без намека на прогресс. Судя по постам в Инстаграме, его друзья живут своей жизнью. В почтовом ящике лежали электронные письма, которые ему не хватало смелости открыть.

Джейк спал как можно дольше, чтобы убить время. Ему восемнадцать, и он убивает время. Отпущенный срок жизни превратился в тюремный срок. Он бы заплакал, но он уже этим занимался месяцами напролет, и это не помогло.

Какой-то недолгий миг он подумывал о самоубийстве. Однажды днем сидел перед винтовкой Эда, думал, как это можно провернуть. Его остановила только мысль о его матери и что с ней случится, если его затея с треском провалится, и он останется еще большим инвалидом, чем был.

Ведь все равно, что бы ни случилось, он оставался самим собой, верно?

Он слушал музыку – Clash, Ramones, Dead Kennedys и все американские ска-группы – чем громче, тем лучше. Но к трубе он не мог прикоснутся. Та музыка была слишком дорога его сердцу. Только мысль о том, чтобы взять трубу, раздирала его на лохмотья. Футляр стоял в углу в его чересчур чистой комнате, пока однажды он больше не смог терпеть и запихнул его подальше в кладовку.