Растревоженный эфир

 – Френсис села на диван, подсунув под себя ногу, пригубила шоколадное молоко. – Божественно.

Сегодня она решила сыграть девочку, подумал Арчер. И это удается ей безо всякого напряжения.

– Клемент, дорогой. – Френсис смотрела на него поверх стакана. – Я уверена, ты спрашиваешь себя, зачем я затащила тебя сюда.

– Ну…

– Я давно уже собиралась пригласить вас к себе, – прервала его Френсис. – Тебя и твою жену. На маленькую вечеринку. А твою дочь приглашать не стала бы. – Она широко улыбнулась. Арчеру не нравилась привычка Френсис то и дело облизывать нижнюю губу.

 – После того вечера – никогда. Незачем приглашать к себе конкуренток. В этом городе и так приходится бороться за выживание. Дом обхаживал твою дочь со всех сторон.

– Правда? – Известие это Арчера не порадовало.

– Ты же знаешь Дома. Он никому не причиняет вреда… кроме женщин. – Она вновь широко улыбнулась. Арчеру тоже удалось выдавить из себя улыбку, но ему очень хотелось, чтобы Френсис сменила тему. – На меня он даже не взглянул.

А ведь мы долго были друзьями. Хотя, по правде говоря, на мой вкус, Дом не вышел ростом.

Арчеру вспомнилось, что какое-то время Дом и Френсис всюду появлялись вместе. Но с кем только Барбанте не появлялся. Нравилось ему менять женщин. И Френсис, Арчер это знал, крутила романы с разными мужчинами. Но называть ее распутной не стоило. Скорее она не могла усидеть на одном месте. Влюблялась, не желала ничего скрывать, выставляла свою любовь напоказ, буквально прилипала к мужчине, но по прошествии определенного временного интервала внезапно обнаруживала в нем существенный изъян, бросала его, обычно при большом стечении народа, и уходила к следующему.

Так что на каждой вечеринке, куда приглашали Френсис, трое или четверо мужчин с опаской поглядывали на нее, стараясь не попадаться ей на глаза. Язычок у нее был острый, и ее любовникам приходилось долго зализывать нанесенные ею раны.

– В более упорядоченном обществе, – добавила Френсис, – таких, как Барбанте, нанимают на ночь, а ранним утром отправляют домой, чтобы служанка не прознала про шалости хозяйки.

– Ну зачем так, Френсис. – Арчеру стало как-то не по себе. – Барбанте – мой друг.

– И мой тоже, – весело ответила Френсис. – В его присутствии я говорю то же самое. Ему нравится. Он думает, что это комплимент.

– Френсис, ты начала говорить… – Арчеру ужасно хотелось сменить тему.

– Да, конечно. – Она глотнула шоколадного молока. – Клемент, боюсь, я сообщу тебе ужасные новости.