Золотые дети. Борьба

Удовольствие текло по моему телу, еще больше разжигая мой внутренний огонь.

– … Бельчонок…

Я замерла, распахнув глаза.

О, Боже.

Это не сон… это не солнце… это Трэвор и он подо мной, а я в одних трусиках.

Стремительно скатившись с него, я отскочила к стене, прикрывая грудь руками.

Он, же, встревожено уставился на меня, но его рука прижималась к паху. Еще бы… я только что, чуть не сорвалась и не устроила дикую скачку, находясь во власти сна. Или полудремы. Не важно. Я не должна была этого делать.

– Что ты делаешь? – не нужно было обвинять в этом Трэвора. Он не виноват.

– Эээ… – свободной рукой, он взъерошил, и без того, торчащие волосы. – Ну, я хотел сказать тебе… доброе утро. – Он нахмурился. – Ты в порядке?

Не совсем. Я была возбуждена и безумно хотела закончить то, что начала. Я хотела вернутся в постель и целовать его, касаться его… Боже… я хотела его так сильно, что у меня сводило желудок.

– Прости. – Сказала я. – Я не хотела делать этого. – Лгунья. Какая ты лгунья.

– Не надо, Кристалл. Все хорошо. – Трэвор поднялся с кровати, подхватывая футболку. – Я не думал, что… – он потер губы. – Ах, ты, черт. – Он подошел ко мне, протягивая футболку, затем вошел в ванную.

Пока Трэвор умывался, я быстренько натянула кофту с длинным рукавом и джинсы. Треклятая одежда. Как же мне надоело, скрывать змеюку под тканью. Кстати, где она?

– Шило?

Шило отозвался шипением и выполз из-под кровати.

Говнюк.

Я выдохнула, разглядывая свои вещи в шкафу.

Да, кстати, у меня был отдельный шкаф. Трэвор купил его специально для меня и он стоял по другую сторону от кровати, ближе к ванной комнате. Продавец утверждал, что шкаф антикварный. По мне… дешевая, хорошо замаскированная рухлядь. Но, все равно, приятно. Ведь, Трэвор постарался, сделать мне приятное.

Трэвор вышел из ванной, как-то смущенно поглядывая на меня. Его волосы уже не торчали во все стороны, а скорее, были в идеальном беспорядке. За все время, сколько я его знаю, они немного отросли на висках, и спускались на шею.

Он улыбнулся мне и пошел к своему шкафу, а я вошла в ванную и заперлась. Не знаю… зачем? Черт, у меня в голове, да и в животе, творился бардак. Сложно не сдерживаться, находясь с ним. Теперь, я понимала Трэвора, когда он говорил, что сложно не целовать меня. Я скинула одежду, приняв наспех душ. Высушила волосы и пощипала щеки, чтобы хоть немного убрать бледность.