Жить

Может, кто-то еще заметил угрозу? Может, если недовольных станет больше, группа развернется и пойдет обратно? Катя даже деньги гиду оставила бы, лишь бы это поскорее закончилось!

Но нет, у ее спутников все было прекрасно. Най явно сочинял на ходу какую-то легенду о принцессе, бежавшей от злого отца или мужа… словом, кого-то злого. Китайцы его не слушали, они то и дело сходили с тропы, чтобы сфотографировать джунгли, друг друга или каждый сам себя. Пожилая пара что-то увлеченно обсуждала – кажется, на шведском.

Роман указывал на деревья и рассказывал, что это такое. Кате не нужно было прислушиваться, чтобы определить, что ошибся он уже минимум два раза. Но вмешиваться она не собиралась, Марии точность информации все равно была не важна.

Таким же настороженным, как Катя, оказался лишь второй гид, Канут. И это было куда важнее, чем веселье всей группы: он-то прекрасно знал, чего ожидать от этих мест! Катя пыталась убедить себя, что, если бы он верил в настоящую угрозу, он бы не пошел, однако получалось плохо, страх постепенно брал верх.

В какой-то момент, когда они окончательно потеряли из виду деревню и оказались в жарких влажных джунглях, Катя не выдержала. Она поравнялась с Канутом, замыкавшим группу, и спросила по-английски:

– Вы не считаете, что нам следовало отменить экскурсию? Я знаю, что она была запланирована, что ваш напарник не хочет отдавать деньги, но… Так ли нужны деньги, если кто-то погибнет? Вы уверены, что мы сможем вызвать отсюда спасателей? Если что-то пойдет не так, нам хотя бы помогут?

Она не ожидала, что Канут сейчас все осознает и развернет группу, но надеялась хоть на какое-то утешение.

Напрасно. Таец лишь окинул ее тяжелым взглядом и объявил:

– Нет английский!

Только это и сказал, а Кате почему-то показалось, что его «нет» было ответом на все ее вопросы.

* * *

Вход в пещеру оказался совсем не таким, как на картинках в Интернете. Там он смотрелся величественным провалом в пространстве, космической черной дырой, способной навсегда утянуть в себя все живое.

Реальность же показывала, что фотографы пещерам польстили.

Вход в систему подземных залов и коридоров был небольшим, метра три в диаметре, он почти терялся среди густых зарослей. Из-за взвеси дождя, застывшей в воздухе, его и вовсе можно было пропустить, если бы не большой выцветший на солнце постер, установленный рядом с ним.

Постер предупреждал на нескольких языках, в том числе и на английском.