Золотые дети. Неприкасаемая.

Он опустил руки к моей талии, скользя вниз, пригнувшись, подхватил меня под ягодицы и приподнял. Я вскрикнула, обхватывая его ногами за талию, и обнимая за шею, с восторгом и такой же жадностью, отвечая на его поцелуй. Трэвор оторвал меня от двери и шагнул в ванную комнату.

– Куда ты? – сквозь поцелуй, пробормотала я.

– Здесь, она до нас не доберется. – Он захлопнул дверь, наощупь заперев ее, и усадил меня на столешницу. – Ты не представляешь, как я соскучился по твоей коже.

Трэвор отвлекся, но только, чтобы стянуть с меня топ и осыпать мою кожу поцелуями, начиная со скул, спускаясь к шее, к ключице и над кромкой бюстгальтера.

Я парила от его поцелуев. Я была опьянена от жара его тела и ожогов, которые он оставлял своими губами. Он стянул с себя футболку, прижимаясь своей грудью, к моей и я застонала, от проскочившего между нашими телами, электричества. Так сладко, было ощущать его сокращающиеся мышцы и слышать, как тяжело он дышит. Как быстро бьется его сердце, в унисон с моим. Я гладила его бархатную кожу, касаясь стальных кубиков пресса, и его мышцы дрожали от моих прикосновений.

– Ты – моя, – с трудом проговорил он, снова целуя меня. – Всегда была моей. – В животе у меня все кружилось. Волны удовольствия, и то, какие порочные картинки вспыхивали в моей голове, сводили с ума. Я хотела сделать с ним столько вещей. Я хотела попробовать каждый дюйм его кожи… ощутить его вес на себе… почувствовать его каждой клеточкой…

… неожиданно в дверь со всей силы, что-то ударило, так что зеркало на стене заскрипело.

Шило, решило, что с нас достаточно времени, проведенного вместе.

– Надо впустить его, иначе он сломает дверь. – Удары сыпались друг за другом, и я побоялась, что дверь слетит с петель.

Трэвор зарычал. Он еще раз поцеловал меня, глубоко и томно, отчего у меня все сжалось внизу живота.

Переведя дыхание, я спрыгнула со столешницы и поспешно открыла дверь, прежде чем, Шило нанес бы еще один удар. Тело змеи высилось над полом, опасливо раскрыв пасть и скалясь.

– Спокойно, Шило.

– Шило? – Трэвор отошел к раковине, но не, потому что боялся ее. Он на дух не переносил это хладнокровное животное. – Ты назвала это, Шилом?

– Не трудно догадаться – почему.

Я протянула к Шилу руку.

– Давай, мальчик.

Шило повернул морду в сторону Трэвора.

– Она не твоя, понял?

Змея предупреждающе зашипела на него

– Нельзя. – Я покачала головой. Хм, из меня мог бы получится, неплохой дрессировщик… то есть, укротитель змей.