Мой милый Фантомас (сборник)

Спокойными осенними вечерами, когда плотные сумерки концентрируют мир до узкого пространства, под ногами хмуро чмокает влажная листва и дыхание величественно, Андрей и Надя имели привычку размеренно передвигаться, сомкнув изящную ладонь и мужественный локоть. Эта конструкция располагала к словам. Именно здесь выпрастывал Андрей сокровенное – что в силу выражения «иметь лицо» не проходило в профессиональной среде. И вот что услышал в ответ на очередные откровения.

– Ой, Андрюша, – увлеченно проворковал милейший советский голосок, – да я же эту Марианну знаю (Надежда училась в консерватории).

На другой же день Надя нетерпеливо потребовала встречи. На заветной скамеечке рядом с прелестницей располагалась еще девушка, как вы понимаете, Марианна. Во время кратковременной операции знакомства Андрей досадливо подумал: «А ведь девицу я единственную не охватил в смысле снятия показаний. Как-то забылось в кутерьме. Нехорошо».

– Как прекрасно, что именно вы этим делом занимаетесь!

– Будем на ты, без церемоний, – реабилитируя возможную претензию, о чем подумал только что, и, умножая доверительность, душевно, однако и умеренно засветился наш друг.

– Я просто не знаю, что думать. Ты понимаешь, шла буквально два дня назад по улице, задумалась. И будто что-то кольнуло. Поднимаю глаза, навстречу идет… кто бы ты думал?… – Марианна вонзила мятежный взгляд, согласно градусу момента. Через короткое мгновение выпалила: – Герасим!

– Извини?

– Ге-ра-сим! Нетленный и здоровый.

– Хм.

– Наваждение? Но я готова поклясться, что видела именно его. Этот иронический взгляд. Ночь не спала – как вспомню, что там со всеми происходило… Послушай, Андрей, мне страшно.

Парень помялся.

– Тебе, насколько я знаю, карточки не было.

– Нет.

– Ну вот. – Андрей знакомо почесал подбородок, сделал рабочий взгляд. – Помнишь, как он был одет.

Задумалась.

– Достойно. Плащ с пояском, очень такой… (повиляла ладошкой) шарфик. Шляпа чуть набок, виски аккуратные… Однако я не договорила. Понимаешь, на одной репетиции я ему указала, ну, в профессиональном плане. Он так посмотрел… нехорошо. Что мне делать? – Голос предательски пискнул, глаза резко намокли.

– Перестань волноваться.