Невинные создания

Кое-где, трава подмята и вырвана, но самое жуткое, так это отверстие в могиле. Я достала телефон, включая фонарик, и направила луч света вниз. Отсюда, хорошо видно, что крышки гроба нет, как и тела моего брата. Это очень странно. Странно настолько, что я теряюсь в догадках, каким образом похитители забрали Элиота, при этом, не нарушив весь участок.

– Здравствуй, Элизабет. – Подняв на мать глаза, я поежилась, скорее от прохладного воздуха, нежели от ее холодного взгляда. Ее тон до сих пор отливает небрежностью, словно я не ее дочь, а какая-то бесхозная шавка, увязавшаяся за ней.

Ну, что поделать. Родителей не выбирают, а выказывать свою уязвимость, я тоже не собираюсь.

– Здравствуй, мама. – Я смотрю на нее, всеми силами заставляя себя поверить, что это она, но все это ложь. Передо мной незнакомка, которая только притворяется женщиной, некогда любившей моего отца и меня с братом. Она перестала быть ею, хотя стандарты, которых мама всегда придерживалась, остались.

Те же, выжженные добела, волосы, уложенные в изящную прическу. Эффектный макияж, скрывающий ее истинный возраст, изысканная одежда – модная и обязательно дорогая, и конечно, маникюр. Красные, длинные ногти. Без них, она не может существовать.

Она напоминает мне богемную кинозвезду, которая с успехом окончила свою карьеру и теперь наслаждается безбедной жизнью в своем особняке.

Ну, особняка, у нее нет, но двухэтажный дом в Ист-Виллидж, в котором мы с братом выросли, вполне себе ничего.

И это моя мать – Генриетта Войс. Сорокапятилетняя домохозяйка.

– Давно тебе сообщили?

– Утром. Я позвонила тебе, потому что Элиот был твоим братом. – Был моим братом? Просто потому что был моим братом? Не потому, что он ее сын, а потому что Элиот мой брат? Я сжала кулаки, начиная закипать от злости. Будь в ней хоть капля сострадания и любви, она бы выразилась иначе. Она должна была сказать, что какая-то мразь, похитила тело нашего Элиота.

Нашего любимого Элиота! – Это же не помешало твоей работе?

– Нет. – С той же холодностью, ответила я, а надо было взорваться и все высказать. Как будто пропало не тело моего брата, а ее ключи!

Спокойно, Бэт. Помни, про упражнение. Глубоко дыши и считай до десяти.

Пока я пыталась успокоить всклокоченные эмоции, мама изучала меня. О, я помню этот, сожги немедленно свою одежду и приведи волосы в порядок, взгляд.