Невинные создания

? Интересно, почему на ней? Просто потому что она попалась ему под руку или на то была другая причина? А вообще, не похоже, чтобы Сеферона пострадала. Какой была искусственной куклой, такой и осталась.

– Понятия не имею.

– Дааа? А я думаю, что ему не понравилось, как я засматриваюсь на его подопечного. Годвин так рьяно требовал, чтобы я не смела, подходить к Вику, – она замолчала, когда официант принес ей бокал вина. – И чего он возмущается? Я всего лишь хочу поближе познакомиться с Избранным.

– Ты сама только что ответила на свой вопрос.

Зачем меня спрашивать?

– Затем, что Годвин ведет себя странно. Такое ощущение, что он, как будто бы ревнует меня к Вику. Как же это называется? Ах, да… любовный треугольник. – С улыбкой, пробормотала она, глядя на меня поверх бокала. – Знакомое словосочетание, правда?

У меня будто в черепе рванула шрапнель, разбросав то, что можно было назвать мозгами. Челюсть сжалась до скрежета, хотя я и не собирался показывать, что меня это не задело.

– Не особо. – Допив свое вино, я протяжно выдохнул, цепляясь за жидкую попытку сохранить контроль и не раскрошить стекляшку в ладони.

Эта тварь специально давит на больную мозоль, упоминая два запретных слова, от которых я отказался, как только воскрес. Мда, хреновый, я, однако выбрал камуфляж хладнокровного ублюдка. Может, мне стоит пересмотреть варианты и возвести вокруг себя еще больше колючей проволоки?

– Неужели? Разве между вами не было соперничества? Ты и он, хотели одну женщину. Правда, ее ты любил, а Годвин хотел трахнуть.

 – Сеферона отпила вина. – Не представляю, каково это быть жертвой любовного треугольника. Как ты только это выдержал.

С трудом, блядь.

– К чему ты ведешь, Сеферона? Зачем ты пришла? Не похоже, что тебя прорвало на разговор по душам.

– Тебе надо расслабиться, Юджин. – Она улыбнулась. – Перестань думать о ней и двигайся дальше. Трахнись уже, наконец. – Так говорит, как будто я отказался от женщин. Сеферона не знает, что недавно я поимел смертную в грязном проулке.

Я надеялся, что одноразовый секс урезонит буйство эмоций, но все стало хуже. Я не очистился. Я не забыл. – До встречи с ней, ты не пропускал ни одной юбки.

– Ничего не изменилось. – Процедил я, подавшись вперед. – Я по-прежнему трахаю женщин. Или уже забыла, на что я способен? – Сеферона лично прочувствовала это всей своей демонской сущностью. Мы трахались несколько часов, пока шкура, которую она позаимствовала, не стала трещать по швам.

– О, знаю, Юджин.