Замок

– Не могу припомнить, чтобы я был непочтителен, – ответил К., вытираясь, – но что голова моя другим занята и мне не до хороших манер было, это верно, речь ведь шла о моем существовании, которое сейчас под угрозой из-за возмутительного и позорного чиновничьего ротозейства, в подробности коего не мне вас посвящать, ведь вы и сами прилежный участник здешнего делопроизводства. А что, староста на меня пожаловался?

– Да кому он может пожаловаться? И даже если б было кому, разве он стал бы? Я просто под его диктовку составил небольшой протокол о вашей встрече и из него достаточно много смог уяснить о доброте господина старосты и вашей манере на эту доброту откликаться.

Стараясь разыскать свой гребешок, который Фрида, очевидно, куда-то задевала, К. спросил:

– То есть как? Протокол? Составленный в мое отсутствие, задним числом, да еще человеком, которого при разговоре вообще не было? Неплохо, однако. А к чему вообще протокол? Разве это была служебная оказия?

– Нет, – ответил учитель.

 – Наполовину служебная, и протокол тоже только наполовину служебный и составлен лишь потому, что так положено: на все свой порядок. Как бы там ни было, протокол имеется и служит не к вашей чести.

К., отыскав наконец соскользнувший на кровать гребешок, уже спокойнее заметил:

– Что ж, пусть себе имеется. Вы только затем и пришли, чтобы меня об этом известить?

– Нет, – ответил учитель. – Но я не автомат и должен был высказать вам свое мнение. Поручение же мое, напротив, только лишнее доказательство доброты господина старосты; от себя хочу подчеркнуть, что мне эта доброта непостижима и поручение я исполняю сугубо по служебной своей подчиненности, а еще из глубокого почтения к господину старосте.

Между тем К., уже умытый и причесанный, сидя за столом в ожидании свежей рубашки и костюма, под впечатлением недавнего пренебрежительного отзыва хозяйки о старосте особого любопытства к учителю и его поручению не проявлял.

– Должно быть, уже за полдень? – спросил он, погруженный в размышления о предстоящей дороге, но потом, словно спохватившись, добавил: – Так вы мне хотели что-то передать от старосты?

– Ну да, – сказал учитель, передернув плечами и тем самым как бы снимая с себя всякую собственную ответственность за происходящее.

 – Господин староста опасается, как бы вы, если решение вашего дела затянется, не предприняли на свой страх и риск какого-нибудь необдуманного шага.