Наследник. Часть вторая

Такого рваного сценария даже я не смог бы придумать…

… что-то дернуло меня за плечо. Я резко сел, вглядываясь в темноту, пытаясь выискать паршивца, кто посмел нарушить мой покой. Пальцы сжали бутыль с пойлом, но затем он исчез. Какого? Я тряхнул головой, когда темнота начала рассеиваться, вырисовывая характерные изгибы камней.

О, да, ладно. Я – что опять в пещере своего отца?

– Ты мог оставить пойло. – Я встал на ноги, слоняясь по кругу. – Хей, ты где?

– Здесь. – Я резко обернулся, натыкаясь на Дезмонда во всей своей ужасной красе.

Папаша, конечно, не Ален Делон, да и помыться бы ему не мешало, но жути он, как всегда, наводит. – Я рад, что ты догадался.

– Ты о наследниках и фолиантах?

Папик тяжело опустился на задницу, вытягивая ноги. Его раны на груди по-прежнему кровоточили, что означает, потомки Дезмонда гибнут. Я пока что ни одного гибрида не встретил… исключая Соню, которая так только думает.

– О них. Оракул видела будущее, и нас в нем нет. Но его можно изменить.

– Поэтому вы оставили наследников.

 – Сказал я, приткнувшись спиной к камням. – Создав новый совет Четырех, можно изменить будущее. Можно убить Кохака и вернуть все к истокам.

Так вот о чем Дезмонд говорил с самого начала. «Ты один из миллиона, кому выпал шанс вернуть все к истокам».

– Да, мальчик. Ты соберешь новый совет Четырех и обратишь все вспять.

ГЛАВА 15

– Я могу как-то освободить тебя из клетки? – мне казалось, что это не просто обычная, железная конструкция, в котором торчит двадцатифутовый гибрид, здесь нужно что-то покрепче… что-то, что могло бы удержать его в одном месте.

Например, заклятия ведьм или яма, глубиной до самого ядра земли.

– Нет. Пока Кохак жив, мы останемся взаперти. Ты видишь мою сущность, то, каким я являюсь внутри. Ты бы удивился, увидев меня в человеческом размере.

Вряд ли папа напоминает прыщавого задрота с толстенными окулярами.

– Я рад, что у меня появилась семья…

– … неужели? – ядовито спросил отец. – Новость дается тебе с большим трудом, нежели я отгрызаю себе ногу, когда хочу есть.

 – Я не мог не скривиться от того, что промелькнуло в голове. – Ты все еще сопротивляешься.

– Двадцать шесть лет своей жизни, я был сиротой. Как еще я должен был принять правду? Как вообще ты допустил, чтобы я оказался в руках Соломеи и Августа?

– Так ты хочешь знать, как это произошло? – он изогнул губы в улыбке. – Когда стало известно, что ждет совет Четырех, было принято решение о наследниках.