Маленькие женщины

– Тебе нравится школа? – сменил Лори тему после непродолжительного молчания, в ходе которого хозяин смотрел на огонь, а гостья с удовольствием оглядывала комнату.

– Я не хожу в школу! Я добытчик, в смысле добытчица… Я присматриваю за тетушкой – пре-сердитой старушенцией, надо сказать! – ответила Джо.

Лори открыл было рот, чтобы задать следующий вопрос, но вовремя вспомнил, что невежливо совать нос в чужие дела, и снова его закрыл. Джо оценила хорошие манеры, однако вовсе не возражала посмеяться над тетушкой Марч и в красках описала нервную старушку, ее толстого пуделя, говорящего на испанском попугая и заветную библиотеку.

Лори слушал, затаив дыхание, и Джо рассказывала, как к тетушке Марч однажды пришел свататься солидный джентльмен, а попугай Пол стащил парик с его головы, чем несказанно расстроил визитера. На этом месте рассказа Лори повалился на диван и хохотал так, что по щекам полились слезы, а в дверь заглянула обеспокоенная горничная.

– От твоих рассказов мне гораздо лучше! Продолжай, пожалуйста! – попросил он, отнимая от раскрасневшегося веселого лица диванную подушку.

Окрыленная успехом, Джо продолжила – поведала об играх, планах, надеждах и страхе за отца – обо всех главных событиях, происходивших в их с сестрами тесном мирке. Потом разговор зашел о книгах, и, к великой радости Джо, оказалось, что Лори любит книги так же, как она, а прочел их даже больше.

– Раз ты так любишь книги, спустись и посмотри наши! Не бойся, дедушки нет дома! – предложил Лори, поднимаясь с места.

– Ничего я не боюсь! – встряхнула головой Джо.

– Не сомневаюсь! – горячо подтвердил мальчик, восхищенно глядя на Джо, а сам подумал, что старого джентльмена в дурном расположении духа все же стоит опасаться.

Атмосфера в доме вдруг стала по-летнему расслабленной, Лори водил Джо по комнатам и позволял изучать все, что казалось ей интересным. Так они дошли до библиотеки, при виде которой Джо захлопала в ладоши и высоко подпрыгнула, как делала всегда, когда приходила в восторг. Комнату украшало множество картин и статуэток, тут были и заманчивые шкафчики с коллекциями монет и прочего антиквариата, и глубокие кресла, и вычурные столики, и бронзовые фигурки.

Однако больше всего Джо впечатлил огромный открытый камин, искусно отделанный плиткой.

– Какое великолепие! – вздохнула Джо, утопая в обитом бархатом кресле и оглядываясь с видом глубокого удовлетворения. – Теодор Лоренс, ты, должно быть, счастливейший мальчик на свете! – важно заявила она.