Сибирские перекрестки

Он уже давно посбивал и измочалил лапы о камни и теперь еле плелся позади людей, поскуливая и припадая к земле. Теперь у него была одна лишь забота – как бы не отстать от людей.

– Вон, смотри, как уработался, – показал Илья на пса. – Это же надо!..

– Все – больше не пойдет, – усмехнулся Петька, чему-то обрадовавшись.

– Не-е! – засмеялся Илья. – Ты не знаешь его! Пойдет, еще как – не удержишь!..

По водоразделу, оказалось, идти было действительно намного легче. Не было выматывающей кочки и кустарника, не приходилось петлять вместе с речушкой.

* * *

Через день Илья снова вышел в маршрут и опять взял с собой Петьку. Теперь они пошли вниз по речушке от их лагеря. Точнее, не вниз, а сначала решено было пересечь долину ручья, пройти подле горы, которая разделяла их речушку и впадающий в нее ключ, как было видно по карте, добраться до этого ключа, спуститься по нему до устья, а затем по речушке подняться к лагерю, замкнув таким образом огромный треугольник, каждая сторона которого была километров по десять.

Им предстояло пройти по ключу и взять пробы до места его впадения в речушку.

Они перешли свою шумливую речушку, у которой стояли лагерем, и прыгающей походкой заковыляли по кочковатой низменности, держа прямо на гору, чтобы там, поднявшись, идти по склону и избавиться от изнуряющей кочки.

Но на ключе их ждала неожиданность: взять шлихи оказалось невозможно, россыпей же не было вообще, один сплошной камень.

– А ну, пошли! – сказал Илья и решительно повернул вниз по ключу, надеясь выйти на россыпи ниже по течению.

Они прошли километра два и натолкнулись на новую неожиданность: ключ перешел в застойную канаву с отвесными берегами, которую ключ промыл на большую глубину в вечной мерзлоте и образовалось множество глубоких и больших бочажков.

– О-о! – воскликнул Петька. – Илья, постой, постой! Дай закинуть удочку! Ты смотри место-то какое!.

Илья усмехнулся, заметив, с каким азартом связчик стал доставать из рюкзака снасти.

Петька же быстро размотал удочку, наладил овода, закинул приманку подальше от берега и присел на берегу, спрятавшись за кусты от пугливого хариуса, плавающего почти на поверхности прозрачной воды бочажка.

Но хариусу, очевидно, было все равно, так как он никак не отреагировал на появление людей и на их приманку.