Война и мир. Том 2

Борис осторожно улыбнулся так, что его улыбка могла быть отнесена к насмешке или к одобрению шутки, смотря по тому, как будет принята она. Все засмеялись.

– Il est tr?s mauvais, votre jeu de mots, tr?s spirituel, mais injuste, – грозя сморщенным пальчиком, сказала Анна Павловна. – Nous ne faisons pas la guerre pour le Roi de Prusse, mais pour les bons principes. Ah, le mеchant, ce prince Hippolyte![42 - Ваша игра слов нехороша, очень остроумна, но несправедлива. Мы воюем за добрые начала, а не за прусского короля.

Разговор не утихал целый вечер, обращаясь преимущественно около политических новостей. В конце вечера он особенно оживился, когда дело зашло о наградах, пожалованных государем.

– Ведь получил же в прошлом году NN табакерку с портретом, – говорил l’homme ? l’esprit profond[43 - Человек глубокого ума.], – почему же SS не может получить той же награды?

– Je vous demande pardon, une tabati?re avec le portrait de l’Empereur est une rеcompense, mais point une distinction, – сказал дипломат, – un cadeau plut?t[44 - Извините, табакерка с портретом императора есть награда, а не отличие; скорее подарок.

– Il y eu plut?t des antеcеdents, je vous citerai Schwarzenberg[45 - Были примеры – Шварценберг.].

– C’est impossible[46 - Это невозможно.], – возражал ему другой.

– Пари. Le grand cordon, c’est diffеrent…[47 - Лента – это другое дело…]

Когда все поднялись, чтоб уезжать, Элен, очень мало говорившая весь вечер, опять обратилась к Борису с просьбой, ласковым, значительным приказанием, чтобы он был у нее во вторник.

– Мне это очень нужно, – сказала она с улыбкой, оглядываясь на Анну Павловну, и Анна Павловна той грустной улыбкой, которая сопровождала ее слова при речи о своей высокой покровительнице, подтвердила желание Элен. Казалось, что в этот вечер из каких-то слов, сказанных Борисом о прусском войске, Элен вдруг открыла необходимость видеть его. Она как будто обещала ему, что, когда он приедет во вторник, она объяснит ему эту необходимость.

Приехав во вторник вечером в великолепный салон Элен, Борис не получил ясного объяснения, для чего было ему необходимо приехать. Были другие гости, графиня мало говорила с ним, и, только прощаясь, когда он целовал ее руку, она с странным отсутствием улыбки, неожиданно, шепотом, сказала ему:

– Venez demain d?ner le soir. Il faut que vous veniez… Venez[48 - Приезжайте завтра обедать… вечером. Надо, чтобы вы приехали… Приезжайте.].