Могикане Парижа

– Много ли у вас дела с ними?

– Почти на двадцать минут времени, по минуте на человека. В девять часов мне нужно быть в Нижнем Медоне.

– Черт возьми. Это очень некстати, что я не могу поговорить с вами сколько мне нужно: я имел сообщить вам нечто важное.

– Постойте!.. Вот идея!..

– Говорите!

– Я еду в карете и еду один; поезжайте со мною: вы сообщите мне про ваше дело дорогой. А теперь объясните мне в двух словах, в чем ваше дело?

– В одном похищении…

– Ищите женщину!

– Да мы ее и ищем.

– О! Нет, я говорю не про похищенную женщину.

– В таком случае, про какую же?

– Ту, которая приказала похитить другую.

– Вы полагаете, что в этом деле замешана женщина?

– Во всем и во всех делах всегда замешана женщина, господин Сальватор; это и составляет главное затруднение нашей службы. Вчера, к примеру, мне доложили, что один кровельщик убился, сорвавшись с крыши…

– И вы сказали: «Ищите женщину»!

– Да, это первое, что я сказал.

– Ну и что?

– Надо мною посмеялись, говорили, что я чудак! Стали все-таки искать женщину и ее нашли!

– Вот как! Как же это?

– Чудак обернулся, чтобы поглядеть на женщину, которая одевалась в мансарде противоположного дома, и он так увлекся ее созерцанием, что забыл, где он на ходится; нога у него поскользнулась, и он полетел вниз!

– Он погиб?

– Он очень расшибся, глупец! Так вы согласны, и поедете со мною в Нижний Медон?

– Да, но со мною друг.

– Карета четырехместная. Фарго, – обратился г-н Жакаль к служителю, – велите запрягать.

– Но дело в том, что я должен предварительно зайти на Кишечную улицу, а затем я вернусь.

– Я даю вам полчаса времени.

– Где же мы встретимся с вами?

– Место свидания у статуи Генриха IV. Я велю остановить карету, вы войдете в нее и поедем!

После этого Жакаль вошел в свою контору, а Сальватор пошел отыскивать Жана Робера.

Все шло по установленной программе: оба молодых человека уселись в карету Жакаля, и все трое покатили по направлению к Нижнему Медону.

Г-н Жакаль был старым комиссаром, которого его блестящие способности возвели до высшего положения – до места начальника охранительной полиции.

Г-н Жакаль знал всех воров, всех мошенников, всех цыган Парижа; освобожденные каторжники, воры патентованные, воры-новички, воры заслуженные, воры, отказавшиеся от своего ремесла, – все они копошились под его всевидящим взором; как бы ни была темна ночь, невозможно было укрыться от его проницательного глаза.