То, что делает меня

Однако чужие сообщения вероломно проникли в мозг и прочно обосновались там.

Я врубил музыку – верное средство от дурных мыслей, но не помог ни Ронни Радке[3 - Ро?нни Ра?дке (Ronnie Radke) – вокалист американского коллектива Falling In Reverse.], ни «Система»[4 - System of a Down (SOAD) – американская рок-группа.], ни проверенный «Раммштайн»[5 - Rammstein – культовая немецкая рок-группа.]. Стало только хуже.

Так бывает, когда вдруг увидел то, на что не стоило смотреть. Ты знал об этом, но все равно посмотрел, и потом мечтаешь забыть, но уже невозможно.

Как-то раз я нашел в сети ролик, под которым была подпись: «Впечатлительным не смотреть. 18+», но впечатлительным я себя не считал, а маркер «18+» только разжигал любопытство.

Ролик был снят на телефон, и дело происходило в каком-то поселке. Четыре подрощенные девчонки-школьницы – три в кадре, а четвертая снимала – пригласили на встречу в деревенский полуразрушенный дом парня, то ли ботана, то ли местного дурачка. Вначале было слышно, как они обсуждают его и говорят, что сейчас устроят настоящий прикол.

А потом, когда этот парнишка пришел, стали угрожать, что, если он не будет делать то, что они ему велят, расскажут его отцу, что он курит.

Парень умолял их ничего не рассказывать, потому что отец его убьет. Он сильно заикался и после каждого, с трудом выговоренного слова девчонки закатывались мерзким гоготом, а когда им надоело, принялись обзывать и унижать его по-всякому. Заставляли говорить в камеру, что он чмо и педик, целовать им сапоги и ползать на коленях, а когда потребовали снять штаны, парень отказался.

Стал плакать и просить перестать. Тогда девчонки реально принялись бить его ногами и палками. А потом одна взяла лезвие и пока другие держали, долго выцарапывала у него на лбу матерное слово, так что кровь залила ему все лицо.

В комментариях люди спорили, реальная запись или постановочная. Но для меня это не имело никакого значения. Ролик просто был очень мерзкий, хотя я много чего смотрел и не боялся ни скримеров, ни трешаков.

Только самое странное, что я постоянно вспоминал его с желанием пересмотреть и пересматривал. Испытывал отвращение, ругал себя, понимая, что видеть унижения и боль человека стыдно и грязно, но все равно смотрел.

Нечто похожее у меня возникло и с сообщениями от Яны.

Я прекрасно осознавал, что это чужая жизнь и что у меня своих проблем хватает, но какое-то нездоровое волнующее любопытство тянуло к тому мобильнику.

Всю ночь я ворочался.