Ты будешь там?

Построенный пятьдесят лет назад, дом был полностью перестроен архитектором Джоном Лотнером – создателем футуристических жилых зданий, который черпал вдохновение в произведениях научной фантастики.

Элиот нажал на выключатель, и все вокруг осветилось голубоватым вибрирующим светом, похожим на колыхание волн.

Устроив лабрадора на кушетке, он открыл медицинскую сумку. Осмотрев щенка, хирург обнаружил, что кроме рваной раны на лапе у того оказалось еще несколько ушибов. Что удивительно, на нем не было ошейника, и он явно не доверял Элиоту.

– Послушай, прохвост, я тебе не нравлюсь, и это взаимно! Тем не менее тебе без меня не обойтись, и если хочешь, чтобы я тебя вылечил, лежи спокойно… – Элиот продезинфицировал рану и тщательно ее перевязал. – Ну вот, сегодня ночью отдыхай, а завтра вернешься в свою конуру! – предупредил он щенка и поднял его с кушетки.

Хирург прошел гостиную, библиотеку и оказался на кухне. Все три комнаты выходили окнами во внутренний сад, где гордо возвышался эффектно подсвеченный желтый кедр с Аляски.

Элиот достал из холодильника начатую бутылку белого вина, налил полный бокал и пошел с ним наверх. Там, за двойными стеклами, плоская крыша переходила в длинную террасу, похожую на мостик, спускающийся прямо в океан.

С бокалом в руке доктор уселся в плетеное кресло и подставил лицо ветру.

И вдруг образ Анабель молнией мелькнул у него в голове.

«До чего паршивый день», – подумал Элиот, закрывая глаза.

В эту минуту он даже представить себе не мог, что этот день закончится еще очень нескоро…

4

И не забывай свои мечты…

Кто знает, когда они пригодятся.

    Карлос Руис Сафон

Сан-Франциско

Сентябрь 2006 года

Элиоту 60 лет

Элиот приехал в район Марина глубокой ночью. Он припарковался на подъездной дорожке и вошел в красивый дом, построенный в средиземноморском стиле, где жил уже тридцать лет. Как только он оказался внутри, датчик автоматически включил голубоватый вибрирующий свет, от которого комната словно закачалась на волнах.

Пройдя гостиную и библиотеку, доктор оказался на кухне. С тех пор как дочь переехала в Нью-Йорк, в доме стало пусто и тихо. Прохвост – старый лабрадор – умер двенадцать лет назад, и на его месте никто так и не появился. Элиот достал из холодильника бутылку белого вина и наполнил бокал. Из-за боли в пояснице он с трудом преодолел пролет из металлических ступенек, ведущих на второй этаж.