Божественная комедия

О множестве ужасных беззаконий

Тебе, мой сын, я мог бы рассказать,

Но впереди я вижу чад зловоний:

Оттуда к нам идет другая рать

Несчастных душ, но с ними здесь встречаться

Не должен я…» И побежал он вспять.

Так на бегу Веронском люди мчатся

За призом из зеленого сукна[90 - За призом из зеленого сукна… – В Вероне были установлены соревнования по бегу, на которых каждый победитель получал в награду кусок зеленого сукна. Эти соревнования, как правило, проходили в первый день Великого поста.

И каждому могло бы показаться,

Что впереди несчастного должна

Приветствовать победа и награда

В том месте, где угрюмый сатана

Терзает лишь всех поселенцев Ада.

Песня шестнадцатая

Продолжение третьего подразделения седьмого круга. Путникам попадаются навстречу три призрака. Их жалобы и признания, которые глубоко трогают поэта. Новое виденье.

Когда к тому мы месту подошли,

Где водопада гул стал раздаваться,

Подобный пчел жужжанью, вдруг вдали

Из той толпы, что стала появляться,

Три тени отделились и бегом,

Завидя нас, к нам стали приближаться,

Бичуемы пылающим дождем.

«Остановись, пришлец землерожденный! —

Кричали эти призраки втроем. —

Ты сын отчизны нашей развращенной,

Что можно по одежде угадать!»

Ужасен был их образ истомленный;

Не уставал их язвы разжигать

Дождь огненный… О вечном их страданье

Я не могу доныне вспоминать:

О нем ужасно и воспоминанье.

Услыша зов, заметил мне поэт:

«Остановись! Почтенья и вниманья

Они достойны. Если бы их след

Дождь пламенный не покрывал огнями,

То я тебе преподал бы совет

Приблизиться к ним быстрыми шагами».

Окликнули три тени нас опять

И, наконец, лишь поравнялись с нами,

Составив круг, с стенаньями скакать,

Как дикие полунагие стали,

Которые пред тем, как бой начать,

Противников глазами измеряли.

Так, перед нами прыгая в огне,

Три тени постоянно обращали

Свое лицо усталое ко мне,

И тень одна воскликнула уныло:

«О, если в этой мрачной стороне

Лишь омерзенье только возбудило

Страданье изъязвленных наших тел,

То хоть за то, что в прошлом нашем было,

Хоть ради многих славных наших дел,

Скажи, кто ты, идущий чрез ограды,

Где человек живой ходить не смел?

Смотри: вот внук прекрасной Гуальдрады.