Божественная комедия

Учитель подошел ко мне поближе

И мне шепнул, знак сделавши рукой:

«Ты хочешь говорить, так говори же

Что хочешь с ними…» Выслушав совет,

Я начал речь свою: «Пусть много лет

О вас на свете память сохранится

И вас не позабудет долго свет!

Откуда вы – вы мне должны открыться

И, не стыдясь, начните свой рассказ:

Позорное в вертепе наказанье

Вас не смущает пусть на этот раз…»

И начала свое повествованье

Тень первая: «В Ареццо я рожден.

Альберо дал однажды приказанье,

Чтоб на костре я разом был сожжен[168 - «В Ареццо я рожден. / Альберо дал однажды приказанье, / Чтоб на костре я разом был сожжен…» – Гриффолино из Ареццо, обвиненный в чародействе, сожжен по приказанию сиенского епископа, которого Альбер был незаконнорожденным сыном.], —

И я сгорел. В Аду же очутился

Я не за то, за что был умерщвлен.

Однажды я с Альберо расшутился,

Уверивши его, что я летать

По воздуху, как птица, научился.

Но, шутки не умея понимать,

Так было смысла здравого в нем мало,

Меня глупец решился заставлять,

Чтоб из него крылатого Дедала

Я сотворил, но так как я не мог

Ему помочь, тогда меня он сжег.

Я муки этой огненной не вынес,

Сюда ж меня неумолимый Минос

Низверг потом, но за другой порок…

Нет, я попал в кромешный Ад бездонный.

Проклятою коростой пораженный,

За то, что я алхимик прежде был».

Тогда с поэтом я заговорил:

«Едва ли есть народ другой на свете,

Столь суетный, как все сиенцы эти.

Французы даже суетны не так…»

Другая тень тут выразила мненье,

Чего не мог я ожидать никак:

«Для Стрикко[169 - Стрикка из Сиены – промотал огромное богатство. Данте в насмешку изображает Стрикка и других ему подобных мотов людьми умеренными и скромными.] только сделай исключенье,

Который мотовства был страшный враг.

Потом отдать ты должен предпочтенье

Никколо[170 - Никколо из Сиены – известен мотовством, первым придумал употреблять в кушаньях гвоздику и другие пряности.

И ввел гвоздику сам в употребленье,

Гвоздику, это чудное растенье.

Которое он смело разводил

В родном саду[171 - «В родном саду…» – Садом поэт называет в этом случае расточительную Сиену.], где дорогое семя

Во всякое плодиться может время.