Бегущая по граблям

Когда ты его посылаешь, он начинает обвинять во всём тебя: «Я для тебя столько всего сделал, а ты, неблагодарная, не можешь потерпеть то, что тебе не нравится. Я ж всю жизнь к твоим ногам положил, всё для тебя делал. Молиться на меня должна была, а ты меня всего лишь после (к примеру) трехмесячного запоя выгнала». То есть был виноват он, а потом резко – хоба! – и виновата стала ты, потому что неблагодарная.

Самое смешное, что бывает и так, что сделают для тебя сущую мелочь, а припоминают потом до конца жизни как подвиг.

Запомни, ты никому ничего не должна. Договор типа «поездка на Мальдивы взамен на пять измен или год унижений» вы точно не подписывали. Делал что-то человек для тебя – это очень круто, правда. Ты ему очень благодарна, но это не значит, что с тобой можно теперь поступать, как вздумается. Это не значит, что ты теперь должна страдать до конца жизни. Это не значит, что ты теперь безмолвная скотина, с которой можно делать всё, что хочешь. Это не значит, что ты неблагодарная. Это значит, что ты ещё не потеряла себя.

Ты имеешь право прервать общение, как только поймёшь, что тебе плохо от того, что творит этот человек. Сколько бы он для тебя ни сделал, ты не должна терпеть хренотень по отношению к себе годами из благодарности за прошлые заслуги.

***

Мы разучились радоваться мелочам. Нас уже не бросает в дрожь от новогодних салютов. Мы перестали ждать чудес.

Слишком взрослые мы стали. Чем старше, тем всё серьезнее лица. Научились прятать чувства, будто это что-то постыдное.

Стало страшно доверить кому-нибудь свою душу. Закрылись ото всех на сто замков, спрятались. Держим всё в себе, а потом ночью уснуть от мыслей не можем.

Всё время ждём подвоха, предательства, удара в спину. Обжёгшись единожды на горячем молоке, начали дуть на холодную воду.

Нам бы поучиться непосредственности у детей и снова поверить в сказки.

***

Не так страшно научиться смотреть правде в глаза. Гораздо страшнее на старости лет осознать, что всю жизнь жила иллюзиями. «Вот-вот он скоро пить бросит, и мы как заживёёём». «Вот-вот он скоро уйдёт от жены ко мне». «Вот-вот он скоро перестанет меня бить». «Вот-вот, когда настанет апокалипсис, он точно начнёт меня ценить».

«Вот-вот», «вот-вот», а потом, глядишь, и вся жизнь прошла мимо, а ты осталась как та старуха у разбитого корыта.