Зиночка

А тетя Ганя перестирала Зиночкино белье, достала из сундука  школьное пальтишко сына, хлопчатобумажный костюмчик, рубашку – все это повесила на стул рядом с кроватью Миши – его одежду бросила в печку и сожгла – никакой штопке она не подлежала.

Николай в ту ночь уснул с трудом. Поворачивался с боку на бок,  поглаживал дочкины волосики, вздыхал, вставал курить, снова ложился и только к утру забылся в неспокойном сне.

Хозяйка видела беспокойство квартиранта, но не задавала вопросов. На рассвете сбегала к соседке, заняла у нее яйцо, напекла блинов.

Такого внимания и добра они не ждали,

– Спасибо вам большое, тетя Ганя, –  сказал Николай. – Вы нас балуете.

– А люди и должны баловать друг друга. А то как же жить?

Сытые и чистые Николай, Миша и Зиночка, предупредив тетю Ганю, что вернутся вечером, захватив с собой мешок с баяном, вышли из дома.

Рынок был недалеко от  вокзала. Здесь продавали и меняли все, что можно продать  и выменять на еду. Мальчишка с ведром холодной воды ходил по рынку и кричал:  « Три копейки  – не беда! Есть холодная вода!», и хотя было далеко не жарко, жаждущие находились, платили копейки и пили воду.

Устроившись подальше от слепого танкиста со следами ожогов на лице, который играл на гитаре и пел фронтовые песни, Николай сказал:

– Ну что, Зиночка, покажем концерт Одессе?

– Покажем, папочка!

Отец растянул баян, а она, закружась в танце, запела:

А девочка  Надя, чего тебе надо?

Ничего не надо, кроме шоколада!

Шоколада нету.

И конфеты нету.

Больше ничего!

После этих слов она дерзко топала ножкой, дула губки. Толпа, обступившая их, бросала конфеты, деньги – кто чем богат, в мешок Мише. Хлопали, хвалили маленькую артистку, а она, довольная, готова была петь и плясать хоть до утра. Только бы папочка играл на баяне.

Собрав подаяния на этом рынке, можно бы идти и на другой, но надо было еще сходить в Военкомат и  узнать о Мишином отце.

Только поздно вечером они вернулись в теплый и гостеприимный дом тети Гани, где их ждала горячая вода. Заработанных продуктов хватило на всех, еще и осталось. Дети, уставшие после трудового дня, быстро уснули, а Николай собрался выйти покурить.

– Кури здесь, Коля, я форточку открою, а дверь закрою – дым к детям не зайдет, – сказала тетя Ганя,  убирая со стола.

В кухоньку ворвался  свежий зимний воздух, встречая клубы табачного дыма.