Райгород

В тот же вечер в синагоге собрался совет общины. Посовещавшись, решили, что есть только один выход – откупиться. Дали команду собирать золотые монеты и украшения. Стали прикидывать, кого назначить парламентером. Не сговариваясь, подумали про Гройсмана. Решили, что, во-первых, он умеет со всеми общий язык найти, а во-вторых, хорошо говорит по-русски. Тут же за ним и послали.

Не то чтобы Лейб такому заданию обрадовался. Но и отказываться не стал. Во-первых, если община решила, нужно выполнять. А во-вторых, ему оказано нешуточное доверие.

Не каждому выпадает шанс проявить себя в роли героя-спасителя.

Поздним вечером следующего дня, получив от ребе фунт золота, Гройсман отправился к штабс-капитану. Офицер повел себя неожиданно. Усадил бледного гостя за стол, предложил чаю и вежливо поинтересовался целью визита.

Выслушав сбивчивый рассказ, от выкупа категорически отказался. Более того, сообщил, что жидам нечего беспокоиться, погрома не будет. И тоном, близким к извиняющемуся, пояснил:

– П-просто не успеваем-с.

На р-рассвете выдвигаемся на Х-херсон!

Гройсман так удивился, что даже не нашел что сказать. Лишь пробормотал:

– Не бывал, говорят, красивый город…

Штабс-капитан усмехнулся и сказал, что тоже не бывал, но по прибытии обязательно полюбуется достопримечательностями. Потом сообщил, что, если у посетителя больше нет вопросов, то он его больше не задерживает. После чего встал, щелкнул каблуками и почтительно склонил голову.

Гройсман так впечатлился приемом, что ему захотелось сказать что-то соответствующее.

Но во рту пересохло, да и слов он подходящих не нашел. Поэтому торопливо попрощался и, чуть не уронив стул, поспешно вышел.

По дороге домой Лейбу было не по себе. В первую очередь он переживал из-за собственного косноязычия. Он никогда за словом в карман не лез, а тут растерялся. Но с другой стороны, а что он мог ответить? И тут Лейбу припомнились папины слова, что мужчину украшают не слова, а дела. Точно! На благородство он ответит благородством! Он не будет продавать деникинцам провизию.

Он ее подарит! Вот сейчас вернется к себе, загрузит пару телег овощей, крупы, муки, масла и – доставит! Увидев товар, штабс-капитан спросит: «Сколько платить?», а Лейб махнет рукой и скажет: «Грошей не надо! Так берите!»

Но не успел он додумать эту мысль, как в голову пришла другая – бежать отсюда, пока цел. Что он тут же и сделал.

Добежав до дома, плотно запер дверь, скинул сапоги и в изнеможении рухнул на кровать.