Последнее дело Коршуна

И даже всеобщий любимец, шестилетний белобрысый Вовка, возвратившись из детского сада, избирал наиболее тихие занятия.

Но когда у Сергея Петровича выдавалась свободная минута, в доме становилось весело и шумно. Со всего двора сбегались мальчишки, и майор с самым серьезным видом обучал их «правильной стойке», «двойным ударам», «крюкам» и прочей боксерской технике. Когда эта возня надоедала Екатерине Кирилловне, она без всякого стеснения выдворяла «боксеров» из квартиры:

– Подняли пылищу.

Летом шли гонять футбол, зимой собирались в столовой, где Сергей Петрович, к величайшей радости Вовки, демонстрировал диафильмы.

После этого Вовка уходил спать без всякого сопротивления, забирая с собой огромную куклу-пионера и упрашивая мать «только самую чуточку» рассказать про Чапаева или про подвиг разведчика.

Иван Иванович любил бывать у майора. Ему нравилась эта дружная, хлебосольная семья. Вот и сейчас, когда у капитана нашлось несколько свободных минут, он пришел проводить друга в Рымники.

Майор, увидев из окна Долотова, открыл ему дверь.

– Ты всегда ко времени. Меня одного тут голодом морят. Может быть, в твоем присутствии быстрее накормят.

– А ты мне помогал? – донесся из соседней комнаты голос Екатерины Кирилловны.

– Иван Иванович, заступись! Я руководил доставкой дров…

– …досматривая последний сон, – в тон ему докончила Екатерина Кирилловна.

Она вышла в кухню и крепко, по-мужски пожала капитану руку.

– Ну что же вы забрались в кухню? В комнату заходите.

– А где же ваше семейство? – спросил Долотов. – Что-то тихо у вас сегодня.

– Старшие в школе, а Вовка в детском саду. Еле удалось уговорить мамашу. То всё твердила, что ребенку нужен здоровый детский коллектив, и определила его в детсад. А теперь она дома, так ей, видите ли, скучно, и она решила сама заниматься им.

– Ну и моралист из тебя, – ласково усмехнулась Екатерина Кирилловна.

Требовательно зазвонил телефон, и майор снял трубку.

– Наливайко. Да? Хорошо, – он опустил трубку на рычаг и повернулся к жене. – Ну вот, билет уже заказан.

– Едешь? – тихо спросила Екатерина Кирилловна. – Чемодан твой готов… А сейчас – за стол.

– Ага, все-таки решила накормить, – торжествовал Сергей Петрович.

– Ты тут вовсе ни при чем. Это только ради Ивана Ивановича.