Джоанна Аларика

На этом полушарии не осталось, кажется, ни одной проклятой газеты, которая за последние недели не поместила бы фоторепортажей о его «крестоносцах». Крестоносцы на занятиях, крестоносцы на отдыхе, крестоносцы дефилируют мимо своего вождя и так далее. Вы забываете, что Гальвес не Сомоса. При всей своей терпимости, мягко выражаясь, дон Хуан Мануэль может все же в один прекрасный день возмутиться и положить этому конец. Мне сообщили сегодня, что на столе у Ториэльо лежит черновик послания гондурасскому канцлеру с решительным требованием разоружить и интернировать людей Армаса.

Вы не хуже меня понимаете элементарную законность этого требования, поэтому нельзя быть уверенным, что оно будет оставлено без внимания. Это одно соображение. Ну, и кроме этого, простое благоразумие подсказывает начать операцию в тот период, когда в Совете Безопасности председательствует мистер Лодж. Говоря иными словами, не позже конца июня.

Человек в очках кивал, слушая хозяина.

– Так, так… я понимаю… Но в таком случае есть ли вообще смысл созывать Консультативное совещание?

– Оно и не будет созвано.

– Ах, вообще не будет… Так, так… Позавчера нас несколько обескуражило то, что требование созыва не было представлено в Совет ОАГ. Впрочем, я так и сказал коллегам, что, очевидно, возникли какие-то особые соображения.

– Да. Особые соображения сводятся к тому, что сейчас стало рискованно привлекать к этому делу внимание латиноамериканской общественности.

– Благоразумнее просто поставить ее перед fait accompli.

– Перед чем это? – насторожился полковник.

– Перед совершившимся фактом.

– А-а… Что ж, верно! Мы, солдаты, вообще против всех этих дипломатических изворотов, такие вопросы нужно решать силой оружия.

– Безусловно, полковник, – кивнул хозяин и обернулся к человеку в очках: – Вы хотели что-то спросить?

– Да, относительно этого, м-м-м… факта. Когда все же, по вашим предположениям, мы увидим его совершившимся?

– Я сказал, в ближайшие дни.

Возможно даже, до конца этой недели. Вы удовлетворены?

Ничего не заметивший полковник хлопнул себя по колену и издал какое-то восклицание, но от человека в очках не укрылась насмешка, почти откровенно прозвучавшая в тоне хозяина.

– Простите, я не совсем понимаю… – начал он обиженно, но хозяин не дал ему кончить фразу.

– Это неважно! – Он поднял ладонь предостерегающим жестом. – Не будем заниматься психологическими наблюдениями, уже поздно.