Семейный круг

Дениза обожала Викторину; кухарка учила ее молоть кофе, натирать шоколад на терке и пела для нее песенку о мальчике-савояре: «Дитя мое, собирайся во Францию, в дальний путь…» Случалось, что Викторина и сердилась, но гнев ее всегда был теплый и нежный, как пар, клубившийся из красивой медной кастрюли, которую она называла «парилкой».

– Викторина, что у нас сегодня на обед?

– Ты тут зачем? – буркнула Викторина. – Сегодня вы обедаете не с мамой… Вам дадут бульон, шпинат и компот.

– Вот и неправда! – воскликнула Дениза.

Кухарка сердито прикрыла черную дверцу плиты.

– Не суй нос куда не следует, – ответила она. – Все это не для маленьких девочек… Ну живо, марш отсюда… Из-за тебя мне еще попадет!

По тону Викторины Дениза поняла, что пирог и цыпленок – доказательства каких-то загадочных и предосудительных событий. В шесть лет она уже обладала каким-то тревожным тактом, боязнью что-то узнать. Она промолчала и, понурив голову, вышла из кухни.

– Дениза! Where on earth is this child?[3 - Куда же это она запропастилась? (англ.)]

– Няня, – крикнула толстуха Викторина, – возьмите Денизу! Беда с этим двойным меню…

Она вышла на порог кухни и обменялась с англичанкой взглядом, в котором сквозили смех и презрение; а девочка в красной фуфайке перехватила этот взгляд и не забывала его всю жизнь.

– Hurry on[4 - Поторопись (англ.).], – сказала няня. – Твои сестры уже вымылись… Викторина, что сегодня у малышей на обед?

– Шпинат и компот, – ответила та.

– Good gracious![5 - Боже милостивый! (англ.)] – возмутилась няня. – Я с ней поговорю.

Она пошла на веранду, и до Денизы донеслись ее негодующие возгласы:

– A child must be fed. I cannot starve them![6 - Детей нужно питать. Я не могу морить их голодом! (англ.

Няня вернулась, потащила Денизу на второй этаж и бросила Эжени:

– Она дурная мать. Думает только о себе.

Сухая, узкая, презрительная Эжени ходила в черных люстриновых кофточках с высоким воротничком, окаймленным белым батистом. На груди у нее была вколота иголка с ниткой. Дениза сняла с себя красную кофточку.

– Нянечка, – спросила она, – а кто скушает весь пирог с ягодами?

– Никогда не спрашивай вопросы, – ответила няня.