Одинокий волк

Теперь настала ее очередь выглядеть смущенной.

– Про натуральный образ, я имею в виду. Я играю за другую команду, – поясняю я.

Сьюзен хохочет:

– Поправочка: мой внутренний голос не просто меня подвел – он безнадежно сломан. Похоже, я установила рекорд, как низко может пасть одинокая девушка.

– Но я все равно очень польщен, – говорю я.

– И вдобавок получил бесплатное угощение. Можем наслаждаться, пока мы здесь. – Она указывает на стул напротив. – Так что же привело вас в Мемориальную больницу Бересфорда?

Я колеблюсь, думая об отце, неподвижно и безмолвно лежащем в реанимации.

– Расслабьтесь. Я не подбиваю вас нарушать закон о тайне медицинских данных. Просто подумала, что неплохо будет поболтать пару минут. Если, конечно, вы никуда не торопитесь.

Я должен вернуться к постели отца. Впервые за двенадцать часов я оставил его без присмотра и зашел в кафетерий, только чтобы купить немного еды и продержаться еще двенадцать часов.

– Нет, – произношу я первую ложь в долгой череде. – Не тороплюсь.

По возвращении в палате отца меня поджидают двое полицейских. Я уже ничему не удивляюсь. Еще одна странность в длинной череде событий, которые я никогда не мыслил пережить.

– Мистер Уоррен? – спрашивает один.

Мне странно слышать, когда ко мне так обращаются. В Таиланде ко мне обращались «аджарн Уоррен» – старший учитель Уоррен, – и даже от такого обращения мне становилось не по себе, словно я надел рубашку на вырост. На самом деле я понятия не имею, в какую минуту человек становится взрослым и начинает с удовольствием откликаться на «мистера», но уверен, что еще не достиг этого возраста.

– Я офицер Уигби, а это офицер Дюмон, – представляется полицейский.

Офицер Дюмон выступает вперед с бумажным пакетом в руках:

– На месте аварии мы нашли личные вещи вашего отца и подумали, что вы бы хотели их получить.

Я протягиваю руку и беру пакет. Он легче, чем казалось на вид.

Полицейские прощаются и выходят из комнаты. На пороге Уигби оборачивается:

– Я смотрел все эпизоды «Планеты животных».