Наполеонов обоз. Книга 3. Ангельский рожок

Доктор продолжает ощупывать вспухшие грудь, бицепсы, шею, спину стонущего пациента, бормоча про себя: «Остроумные, мерзавцы… Чем же это они выкалывали?»

– Делов-то! – спокойно отзывается вернувшийся из «аптечки» Адам. – Берёшь магнитофон эм-пи-три, всаживаешь в него иголку; включил и поехал. Позвольте, док…

Расписного стукача перевязали, оформили в тюремную больничку, ещё час искали начмеда, затем тот добивался начальника тюрьмы, в кабинете которого обсуждали ситуацию и искали решение.

Заключённого, понятно, переправят в другую тюрьму.

– Я вот что думаю, – сказал доктор Бугров генералу Мизрахи. – Если мы не хотим потерять полезного человека, придётся его «отмыть».

– Что?! Говори по-человечески.

– Сделать пластику кожи.

– Ты спятил? – поинтересовался генерал. – В какую сумму станет государству этот «Голливуд»?

– Тысяч в шестьдесят, – подумав, отозвался доктор.

Из тюремного блока вернулся Адам с новостью:

– Ночной истерик, помнишь, на той неделе три ночи подряд орал? Так он опять за своё принялся. Вопит после отбоя до самого утра, душу вынимает, покоя никому не даёт. И, главное, сука, орёт так пронзительно – сирена! – по всем этажам слышно.

– Ага. Почему его не прибила братва?

– Однажды избили, потому в одиночке сидит.

– И чего он хочет?

– Помереть якобы. Орёт: «Я не хочу жить! Дайте мне умереть!» Всю ночь орал без перерыва, теперь дрыхнет.

– Будите тенора, – велел доктор. – Тащите сюда.

Приволокли заспанного потенциального самоубийцу, рожа мятая, разомлевшая. Сладко спал, доложил надзиратель.

Виновник ночного дебоша стоял, исподтишка рассматривая доктора. Тот тоже молча рассматривал новую здесь персону. Занятная фамилия у заключённого: Сивец, а он и правда весь сивый: сивые патлы, сивые глаза в красных прожилках. Сидит за серию квартирных краж. По здешним меркам, при здешнем тюремном населении – просто младенец.

– У меня для тебя хорошая новость, – наконец участливо проговорил доктор Бугров.

Адам поднял голову и бросил взгляд на того и другого: когда док начинал говорить с кем-то из заключённых по-русски, это всегда обещало особо интересное кино.

– Сегодня сбудется твоё заветное желание. Решено дать тебе умереть.