Словно ничего не случилось

Мы миновали мост и под звук моторов поехали по Каслтаун-роуд, с аккуратно высаженными вдоль дороги деревьями, напоминающими зеленый туннель. Я подняла забрало шлема, чтобы вдохнуть чистый воздух, и жадно дышала, открыв лицо прохладному ветру, сливаясь с дорогой, плавно входя в повороты с мягкими «ловушками», оставшимися с мотогонок, и старалась не терять из виду мотоцикл Джоша, который на длинных участках, подсвистывая, устремлялся вперед к горизонту.

Через двадцать минут, миновав Мост Фей и деревню Балласалла, мы въехали в Силвердейл Глен, в котором я последний раз была лет двадцать назад.

Мы остановились на живописной площадке у кафетерия, и как только замолкли двигатели, нас окутала бархатная тишина, нарушаемая лишь шумом водопада где-то вдали. Озеро дышало умиротворением, его поверхность отсвечивала всеми оттенками осени, на которой, среди упавших с деревьев листьев, проступали матово-серые осколки неба. Разноцветные плоскодонки с негромким плеском толкались вдоль берега, а на отдыхающем кверху брюхом катамаране важно восседала какая-то птица.

Кафетерий был почти пуст, лишь одна супружеская пара в ленивой задумчивости разглядывала водную гладь и пила чай со сконами [14 - Скон – популярная на Британских островах сладкая выпечка.]. Мы выбрали лодку, уселись по разные стороны – я на носу, Джош на веслах – и, проплыв пару десятков метров, остановились в полнейшей тиши, окруженные прозрачной водой.

– В мире полно красивых мест, но почему-то мне совсем не хочется их увидеть, – сказал Джош, глядя, как кольца вокруг лодки расходятся все шире и, успокоившись, тают.

– Нет ничего зазорного в том, чтобы любить свой дом, – задумчиво произнесла я. – Фрейя тоже любила остров. Но при этом умела воображать далекие места, оказываться там, где только пожелает, просто закрыв глаза. – Я закатала рукав куртки и опустила руку в воду. – Расскажи мне все, что знаешь.

Джош молчал. Он явно прокручивал в голове болезненные события и, быть может, не хотел их проговаривать. В детстве он был довольно скрытным и больше любил слушать, чем говорить.

Я лишь надеялась, что время изменило эту привычку.

Он сжал губы, а я мысленно поторопила его, одолеваемая желанием услышать все как можно скорее. И вот слова набрали силу и хлынули из Джоша, мне показалось, что своим вопросом я просто сняла заслонку, преграждающую поток страданий, которые он держал в себе.

– Я никогда не забуду этот июнь. Все должно было быть как всегда. Остров готовился к чемпионату.