Солнце против правил

* * *

Двадцать два года назад

В среде обывателей считается: тюрьма – ад, и коли там оказался, жизнь закончилась – унизят, «опустят», низведут до уровня животного.

Борька тоже ждал: голода, издевательств, жестоких «прописок». А оказалось – ничего, нормально. Койка собственная имелась, и белье, и душ, и кормили – ха-ха! – даже иногда мясом, повкуснее, чем домашнее сыроедение.

В тюремном регламенте он не разбирался, но интуитивно повел себя правильно. Не юлил, не гоношился. С тертыми калачами разговаривал уважительно.

Себя не выгораживал. Статья тоже не позорная. Хотя сам поверить не мог, что попался – за такое.

Красть – в масштабах, чтобы срок получить, – Борис не дурак. Когда по мелочи в магазинах подворовывал, прекрасно знал, куда можно соваться, а куда лучше не надо. В дорогих супермаркетах управляющие жалостливые, иногда даже делают вид, что не заметили. В магазинах попроще выносили мозг, могли и по шее дать. А к «Ашану» даже близко нельзя подходить – там за любую ерунду десять тысяч отступных требуют или сразу в полицию.

Тридцать первого декабря двухтысячного года воровать он не собирался. И в чужую квартиру попал случайно.

Все из-за соседей. С ними Борька враждовал с малолетства. Те жили в квартире этажом ниже и вечно бегали к родителям жаловаться: дети топочут. Дети кричат. Окурки на их балкон швыряют – и бесполезно объяснять, что сверху еще три этажа. Хотя сам сосед, как и супруга его, – те еще перцы. Он бухал, жена пьяного в квартиру не пускала.

Тот вытрезвлялся во дворе. Участковый считал его мирным, не тревожил. Сосед и правда не буянил. Но, когда под газом, доставал всех конкретно – особенно подростков любил жизни учить.

А супруга его в другом отличалась. Она хронически не умела парковаться. Когда в очередной раз цепляла заборчик или бордюр, народ не возражал. Но и вход в подъезд могла загородить, и машину чужую зацепить (честно признаться и заплатить за ремонт не предлагала, а видеокамер повсюду тогда еще не было).

Борьке после доноса соседей пару раз изрядно влетало от отца, поэтому враждовал с упоением. И дохлую кошку под дверь приносил, и протухший квас в почтовый ящик выливал.

Однажды теплым осенним вечером пьяный сосед сладко спал на лавочке у подъезда. Борька с приятелем проходили мимо, увидели – на скамейке валяются ключи, вылетели, видно, из кармана. И пацаны не удержались: ключи забрали, а в карман от души навалили красной слизи из магазина приколов.