Финансист. Титан. Стоик

Но долго такая буря свирепствовать не может, это очевидно по самому ее характеру.

Он смотрел на Стинера и читал в его лице страх и мучительное, но несомненное упорство.

– Чикаго горит, но очень скоро его примутся отстраивать заново. И тогда начнется там большой подъем в делах. Так вот, возьмитесь за ум и помогите мне. Не поддавайтесь страху! – Стинер растерянно заерзал в кресле. – Не позволяйте этим политическим авантюристам так запугивать вас. Паника утихнет через несколько дней, и мы с вами станем богаче, чем были.

Вы виделись с Молленхауэром?

– Да.

– И что же он вам сказал?

– То, что я и ожидал услышать. Он запретил мне иметь с вами дело. Я не могу, Фрэнк, понимаете, не могу! – завопил Стинер, вскакивая. Он так нервничал, что не в состоянии был усидеть на месте во время этого разговора. – Я не могу! Они меня прижали к стене, затравили, им известны все наши дела. Послушайте, Фрэнк, – Стинер нелепо взмахнул руками, – вы должны вызволить меня из беды! Вы должны возвратить эти пятьсот тысяч долларов, иначе я погиб! Если вы не вернете долга и обанкротитесь, меня упекут в тюрьму.

А у меня жена и четверо детей, Фрэнк! Я не могу этого вынести. Вы слишком широко размахнулись! Я не имел права так рисковать! Да я и не пошел бы на этот риск, если бы вы меня не уговорили. Поначалу я не представлял себе, чем это может кончиться. С меня довольно, Фрэнк! Не могу! Я отдам вам все свои акции, а вы верните мне эти пятьсот тысяч, и мы будем квиты.

Голос Стинера прерывался, он вытирал рукою вспотевший лоб и с тупой мольбой вглядывался в Каупервуда.

Тот, в свою очередь, смотрел на него несколько секунд холодным, неподвижным взглядом. Он хорошо знал человеческую натуру, и никакие странности поведения, особенно в минуты паники, не могли его удивить; но Стинер превзошел все ожидания.

– С кем вы еще виделись, Джордж, после моего ухода? Кто у вас был? Зачем вы понадобились Сэнгстеку?

– Он сказал мне то же, что и Молленхауэр. Никому и ни при каких обстоятельствах не давать больше взаймы, а главное – как можно скорее вытребовать назад пятьсот тысяч долларов.

– И вы полагаете, что Молленхауэр хочет помочь вам, не так ли? – спросил Каупервуд, безуспешно стараясь скрыть свое презрение к этому человеку.

– Надеюсь, что так. Кто же еще может помочь мне, Фрэнк, если не он? Молленхауэр – великая сила в нашем городе.

– Выслушайте меня, – снова начал Каупервуд, сверля Стинера взглядом. Он выдержал короткую паузу.