Клей

Корячусь целый день под ящиками, вместо того чтоб тарабасить телок. Мэгги вписалась. Она обняла меня за шею, запустила пальцы в волосы на затылке. Я смотрю на старый изразцовый газовый камин, такие стоят в этих убогих древних многоквартирниках, не то что у нас, у снобов из новых домов, – современные электрические.

– Мне нравится твоя прическа, – говорит она.

Я улыбаюсь (эту скромную улыбочку я тренирую каждый день перед зеркалом) и целую ее снова, и теперь это неторопливый, долгий поцелуй.

Тут слышится глубокий вздох, это встала Гейл.

– Коль уж вы тут все из себя такие влюбленные, я пойду наверх, послушаю кассету, – говорит она презрительно, но это все притворство, потому что ей не хуже меня известно: ее очередь настанет стопудово, если не прямо сейчас, то чуть позже.

Дело в том, что я знаю все булочные в западном Эдинбурге. Еще одно преимущество работы развозчика соков.

Мэгги вполсилы пытается ее удержать.

– Поставь чайник, – просит она, но Гейл уже вышла из комнаты, ее крепкий зад в белых штанах исчез из поля зрения, а я только и думаю, как натяну его чуть позже.

Однако начинать нужно с начала. Этому правилу я выучился еще в начальной школе. Эти их дебильные присказки. За двумя зайцами погонишься – ни одного не поймаешь. А вот как скажу: одного зайца натянешь – хорошо, а два – лучше.

– Я поставлю чайник, – говорю, – только за один маленький поцелуй.

– Отстань ты.

– Один поцелуй, – шепчу я.

Поцелуйчик, ну да, конечно. Мы сосались минут десять, и за это время я успел снять с нее этот уродский свитер, топ и лифчик, и ее маленькие сиськи уже прыгают в моих ладонях, а она смотрит на них, будто впервые видит.

Йо-хоу, вот ты какая сучка! Да, маза здесь реальная!

Я укладываю ее на кушетку и начинаю ее разрабатывать, моя рука скользит под юбку и в трусы. Мне нравится, как она стонет и подается вперед, навстречу моим твердым пальчикам. Я вспоминаю, что есть такая группа, Stiff Little Fingers,[8 - Твердые пальчики (англ.

Время действовать. Я стягиваю ее трусы до колен и на лодыжки и прижимаю к себе. Она вся дрожит, когда я спускаю портки на бедра и вынимаю своего бэбика. Одной рукой я сжимаю ее маленький зад, другой – сиськи, ее руки покоятся у меня на плечах.