Божок на бис

На случай, если вы вдруг воображаете себе бюст типа как у киношной звезды или настоящую иисусоподобную статуэтку, оно тут совсем не то. Если есть в мире статуэток дерево уродства, эта хрень не просто обломала все ветки на пути вниз – она из пня вылезла. Это буквально полено, на котором очень грубо вырезано лицо и малюсенькое туловище. Если присмотреться, я б сказал, голова и туловище – не один кусок. Затылок, похоже, отпилили от большего куска, и кто-то приделал воротничок с приклеенными к нему вороньими перьями. Мазанули это дело плакатной краской – синий у глаз и по одной красной полоске на щеках: так раскрашиваются, когда в ковбоев и индейцев играют.

– Что за святой? – спрашиваю.

– Это задолго до того, как святых изобрели, – говорит Матерь, а сама вся распушилась от гордости. – Будьте уверены, этих бы отец ваш обошел стороной.

– При чем тут вообще Батя? – Берни ей.

– Никогда б не подумала, что смогу вновь влюбиться. В того же самого мужчину. Молния, стало быть, может ударить дважды, мальчики.

– Похоже, в этот конкретный сучок она била не раз, – Берни ей.

Матерь воздвигается перед Берни, лицо грозовое.

– Не смей так с отцом разговаривать.

– Что за фигня?

Мы все смотрим на эту убогую хрень на ковре. Чтоб мне нахер провалиться, если не цепляет меня вдруг, что эта штука на меня смотрит. Но быстро проходит.

Матерь убеждена, короче, что в этой фигурке сидит Батин дух. И, что характерно, Лена, как только вдуплила, что Матерь эту штуку хочет, решила не отдавать. В конце концов, когда Мурт с Леной взялись мощно препираться, Матерь фигурку под мышку – и ходу.

– Вот, мальчики, встречайте отца, – она нам. И на этом забирает фигурку и валит в кухню.

Шестой сын седьмого сына

Матерь к нам не возвращается, уходит к себе наверх. Наша реакция ее уела небось, а может, собирается уютно заночевать со своим возлюбленным поленцем. Я толком не знаю, что и думать. Берни говорит, через несколько дней у нее пройдет.

– А ты что-то заметил – ну, в фигурке той? – спрашиваю.

– Нет, конечно. Да и вообще, что за беда, если ей в радость. – И такой включает телик. – Милости просим на постой, Батёк – деревянный Божок.

– Что?

– Ну помнишь, “дилижанс несется домой в Сухостой”[42 - Отсылка к The Deadwood Stage (Whip-Crack-Away!) (1953) – композиции из американского киномюзикла “Бедовая Джейн” (Calamity Jane), сочиненной Сэмми Файном и Полом Фрэнсисом Уэбстером; в фильме ее исполняет Дорис Дэй.