Марианская впадина

До чего мы докатимся, если каждый будет умирать, где ему вздумается? Он сам никогда не поступил бы так необдуманно. Он, например, никогда не пришел бы в мою квартиру, чтобы лечь там на пол и просто умереть, свалив на меня все эти хлопоты. Коту же, в отличие от него, похоже, были чужды такт и приличие. Мог же он пройти подальше метров двадцать и там спокойно себе умереть, так ведь нет! Вместо этого он предпочел наделать неприятностей соседу, который и пальцем его никогда не тронул. По крайней мере, так Гельмут это воспринял.

Обиженный этой невероятной бестактностью, сопя, он еще раз вернулся к двери. Подвинул животное еще на пару сантиметров в сторону – твердое как доска. Он вздохнул – на этот раз громче и театральнее. Как будто его демонстративное недовольство могло заставить кота подняться и сказать: «О, простите великодушно! Умереть здесь было действительно крайне опрометчиво с моей стороны, так неловко. Я, разумеется, сейчас же перейду в сад моих хозяев, чтобы почить там, не нарушая правил приличия».

Но кот со свойственным ему упрямством продолжал неподвижно лежать, доставляя Гельмуту неудобства и дальше.

Мне надо было в туалет, и я, оставив Гельмута наедине с трупиком, вышла в коридор. Там выяснилось, что осуществить свои намерения мне будет не так просто – я вернулась назад к хозяину дома.

– Гельмут.

– Да, – ответил он отрешенно, пытаясь завернуть окоченевшего кота в бумажное посудное полотенце. Окоченелые негнущиеся лапы осложняли ему задачу.

– В холле стоит огромная собака с морковкой в пасти и рычит на меня.

– А-а, это Джуди, она застряла.

– В каком смысле?

– Это моя собака, вчера она у соседей была.

– Ясно, а где она была сегодня утром?

– У соседей, я же говорю! Я ее только что забрал.

– Понятно… А сейчас она почему так странно там стоит?

– Она не может двигаться вперед: из-за морковки.

– Не может двигаться вперед?

– Да.

– Из-за морковки…

– Именно так.

Я непонимающе уставилась на него. Гельмут выпрямился, держа мертвого кота на руках, как младенца.

Я повернулась в сторону холла, решив: все-таки, наверное, не стоит стоять спиной к оскалившейся овчарке (в помеси с чем-то там еще). Тут я увидела и миски в сушке для посуды, а в углу за дверью стоял мешок с кормом для собак: вчера я всего этого не заметила.

– Да. Когда у нее морковка в пасти, она только назад шагать может. Это долго объяснять.

– Мне в туалет надо, ну и как-то мимо нее пройти.

– Да, конечно. Минуточку.