Марианская впадина

Я взяла аккуратно сложенный и, похоже, даже поглаженный спортивный костюм лилового цвета. Насупившись, я снова пошла в ванную переодеваться, а когда вернулась на кухню, Гельмут как раз включил чайник.

– А-а, ну что, великоват немного, но ничего, совсем немного! – заметил он.

Я промолчала, а потом взяла пакетик ромашкового чая из коробки с разными сортами, которую он протянул мне. Часы на стене показывали, что уже доходило шесть. Я жутко устала, хозяин жилища тоже выглядел уже довольно измученным.

Проследив глазами мой взгляд, он тоже посмотрел на часы.

– Через час я обычно встаю, – пробормотал он.

Мы пили чай, молча, не говоря ни слова. Потом он спросил:

– Сколько было лет вашему брату, когда он умер?

– Десять, – ответила я односложно.

Гельмут кивнул и добавил горячей воды в наши чашки.

– Извините, что я на вас Хельгу опрокинул.

– Да. Было не очень кстати.

– Я, знаете, перед этим в интернете посмотрел, как такие капсулы с пеплом открываются.

Да-да, не смотрите так. Мне восемьдесят три года, и у меня есть компьютер. Многие пожилые люди сейчас онлайн. И там, где я смотрел, говорилось, что открыть такую вещь непросто. Я не ожидал, что это будет так легко. Даже слишком легко, поэтому я недооценил силу рычага.

– Похоже, Хельга много для вас значит.

– Да, – только и ответил он и сделал глоток из своей чашки: он взял себе шиповник.

– Почему вы пошли к своему брату ночью, а не днем? – спросил он снова.

– Мне сложно с людьми, и я не хочу, чтобы на меня смотрели, когда я стою у могилы брата.

– Хм, понимаю. Я этого тоже не люблю.

Не удивительно. Весь его облик: хмурый и отторгающий. Я себя спрашивала: он всегда такой был или просто разучился общаться с людьми?

Думаю, он был одинок, во всяком случае, на меня он производил впечатление человека, который живет совсем один. А может быть, это всего лишь мысли-клише. Я тоже не походила на человека, который ночью тайком на кладбище проникает или у которого дома горы коробок от пиццы громоздятся, потому что депрессия превратила жизнь в полную катастрофу.

– Вы выглядите усталой, – сказал Гельмут.

– Я почти тридцать часов не спала.

– Не сильно полезно для здоровья.

– А я и не очень здорова.

– Хм. Если хотите, можете прилечь в гостиной, поспать немного. А я пока переложу Ваши вещи в сушилку и сам тоже ненадолго прилягу.

– Ну, я не знаю. То есть… Ладно. Хорошо.