Кал-центр

– С чего ты решил? – я поначалу подумал, что Лео прикалывается, но он, кажется, и правда не рассматривал кандидатуру Антона. Вечно улыбающийся, толстый коротышка никак не вязался у него со старшим менеджером и тем более с лидером. Я кивнул подошедшим Алексу и Ване, после чего подвинулся, освобождая край лавочки.

– О чем трёте? – спросил Алекс.

– У Лео загон на том, кто станет старшим менеджером, – ответил я. Ваня тут же встрепенулся.

– А что, старшего уже выбирают?

– Ага. Записывайся у Головко. Кто лучше целует её в жопу, тот и станет старшим, – кивнул я.

 – Никого не выбирают. Просто беседуем.

– Трубин точняк старшим будет, – присоединился к Лео Алекс. Ванька чуть подумал и тоже кивнул. – И Антоха еще.

– Ага, – согласился Ваня. – У него ни одного штрафа в этом месяце. Рекорд. Чеканова сказала, что если он без штрафов закончит, то ему премию выпишут.

– Брехня, – поморщился я. – Ты забыл, кто звонки слушает? Сейчас Пашинян увидит, что он без штрафов и быстро найдется звонок с нарушениями.

– Забьемся? – радостно спросил Алекс. Я чуть подумал, кивнул и протянул ему руку.

– Ладно, давай. На что?

– Ящик пива?

– Нет, – поморщился я. – Мы же не дети. Давай так. Если Антона штрафуют, ты работаешь один день в костюме Снегурочки.

– Сука! – рассмеялся Алекс. Он кивнул и закусил губу, пытаясь и для меня придумать что-нибудь особенное. – Ладно. Если он заканчивает месяц без штрафов, ты шлепнешь Орешка по жопе.

– Жестоко, – покачал головой Лео. – Она его покалечит.

– Не убьет же, – лукаво улыбнулся Алекс. Я в ответ лишь хмыкнул и повернулся к Ваньку.

– Разбивай.

– Потная неделька будет, – пробурчал он и разбил наше рукопожатие. – Забились. Подтверждаю.

– Готовься, – ехидно прогудел Алекс. – Секунда удовольствия и горящая щека на весь день. Минимум.

– Посмотрим, – лаконично ответил я.

После того, как мы вернулись к работе, я напрочь забыл о споре. Алекс, Лео и Ванёк постоянно мониторили ленту в админке, куда Пашинян и Перфильева скидывали уведомления о штрафах после прослушки звонков.

Алекса дико бесило мое безразличие, но чем ближе подходил конец месяца, тем более радостным и одновременно нервным он становился. Антон, даже если и догадывался о предмете спора, никак на это не реагировал. Он все так же улыбался, любезничал со всеми и шел к рекорду.

На самом деле я давно уже понял, что штраф он не получит. Руководству было важно показать, что на повторение рекорда способен каждый.