Домик под скалой

– Ну, если хотите, я могу вскрыть замок, – предложил Фрэнк и подмигнул. Потом сел и придвинул к себе кружку.

Анна удивленно заморгала:

– Нет, я…

– Фрэнк, веди себя прилично, – проворчала Пэт. – Бедной женщине совсем ни к чему знать, что ближайший сосед считает себя специалистом по взлому замков, ведь правда?

– Клянусь вам, это всего лишь хобби, – сказал Фрэнк. – Однажды я уже открывал дверь для Брен – несколько лет назад во время шторма она уронила ключ. Он упал с волнолома, а слесаря тут можно ждать до скончания века.

– Роберт Маккензи, – сказала Анна, ухватившись за знакомое имя, – продал мне этот дом. Наверное, они с Брен родственники, раз он его унаследовал?

– Он ей двоюродный племянник или что-то в этом роде, – ответила Пэт. – Семейные связи тут запутанные, сам черт не разберет. Так или иначе, все местные приходятся друг другу родственниками.

– Думаю, лучше подождать ключа, – сказала Анна.

– Дуглас Маккин, – объяснила Пэт в ответ на вскинутые брови Фрэнка.

– А, этот старый болтун, – сказал Фрэнк. – Не обращайте на него внимания. А насчет Старого Робби не беспокойтесь, он добрый малый. Всем всегда помогает – до сих пор выходит в море на спасательной шлюпке, хотя давно уже вышел в отставку. Он не рассердится, если я открою вам дверь. В любом случае дом теперь ваш, правда? Вот и делайте с ним все что хотите.

– Не позволяйте ему водить вас за нос, Анна, дорогая. – Пэт встала и снова включила чайник. – Фрэнку нужен предлог, чтобы покрасоваться перед вами, вот и все. Воображает, что в прошлой жизни был преступником, а на самом деле он мягче, чем взбитые сливки.

Фрэнк скорчил гримасу и закатил глаза, воспользовавшись тем, что жена отвернулась, чтобы взять печенье.

– Не делай такое лицо, Фрэнк Торп, – сказала Пэт. – А если ты съешь все это до ужина, заработаешь очередной приступ.

Фрэнк демонстративно вздохнул:

– Как была учительницей, так и осталась. У тебя глаза на затылке.

– А с тобой иначе-то и нельзя.

С улыбкой на лице и со все возрастающим любопытством Анна слушала их пикировку. Она казалась знакомой, хотя ничем не напоминала их с Джеффом отношения. Анна поймала себя на том, что вспоминает юность, когда мать еще не умерла, а отец не состарился.