Домик под скалой

Спасательное судно Роберта Маккензи действительно отправилось на вызов – помощь потребовалась прогулочному катеру, который вышел из Лоссимута и потерпел бедствие на оживленных морских путях залива.

– Дело оказалось не слишком сложным, – сообщила Пэт, заваривая чай. В кухне пахло свежим песочным печеньем, которое стыло на полке рядом с огромной газовой плитой. – Если повезет, он скоро будет здесь. Сочувствую – в день переезда вам меньше всего нужна светская беседа с соседкой. Вы наверняка устали.

– Немного, – с улыбкой призналась Анна.

 – И кстати, одно поражение на этом фронте я уже пережила.

– Да?

– По приезде мне повстречался пожилой мужчина, – объяснила Анна. – Он не хотел, чтобы я парковалась в жилом районе.

– Ага, – сказала Пэт. – С тростью? Выглядит так, словно сегодня уже провел десять раундов с Тайсоном?

– Вроде того.

– Дуглас Маккин. – Пэт вздохнула. – О боже. Не принимайте на свой счет. Дело не в вас, а в «Счастье рыбачки». Этот спор по поводу права собственности тянется уже не один десяток лет.

Он и Брен из-за этого ненавидел. Но если честно, вряд ли он симпатизирует хоть одному человеку на свете. Разве что Старому Робби. Дуглас – последний из тех, кто родился и вырос в Криви, и он недолюбливает нас, пришлых. Наверное, я должна ему сочувствовать, но не могу. Вечно он чем-то недоволен.

Анна улыбнулась, испытывая некоторое облегчение от того, что она не единственный объект стариковского гнева.

– Давно вы здесь живете?

– Мы с Фрэнком купили свой бизнес лет пятнадцать назад.

Это был наш пенсионный план. Возможно, не самая лучшая идея, но теперь я не представляю себе жизни в другом месте.

– Бизнес?

Пэт поставила перед Анной тарелку с печеньем.

– В сезон мы сдаем этот дом по системе «постель и завтрак», а чуть дальше у нас есть еще один – апартаменты для туристов. Фрэнк сейчас там, делает мелкий ремонт. С каждым годом гостей у нас все меньше, но мы уже не молоды, так что, может, оно и к лучшему. В любом случае нам здесь нравится.

Но вы, Анна, – что привело вас в Криви?

– Ну… – Анна опустила взгляд в кружку. – Это долгая история. Хотя на самом деле нет – совсем не долгая. Просто не слишком интересная или уникальная. Отец умер и оставил мне немного денег, и примерно в то же время разладились долгие – очень долгие – личные отношения. Мне скоро сорок, но все, что у меня есть, помещается в старую отцовскую машину. Разбирая вещи в доме родителей, я пересмотрела альбомы с фотографиями.