Вечер и утро

Тем вечером, когда в помещении затушили все свечи, она свернулась под простыней и принялась вспоминать.

Она отдала девственность мужчине, которого полюбила, и это было прекрасно. Она украдкой просунула внутрь себя палец, сразу ставший липким. Ощутила едкий, как от рыбы, запах, попробовала влагу на вкус – та отдавала соленым.

Она знала, что совершила поступок, который изменит ее жизнь. Священник сказал бы, что теперь она замужняя женщина перед Господом, и эти слова звучали неоспоримой истиной. Она искренне радовалась.

Волнение и ликование, охватившие ее в амбаре, были физическим воплощением близости, стремительно крепнувшей между ею и Уилвульфом. Он подходил ей как мужчина, это она знала наверняка.

По сути, она предалась ему и в более практичном смысле. Знатной женщине полагалось лишаться девственности с мужем. Выходит, теперь ей назначено судьбой выйти замуж именно за Уилвульфа, не то она выставит себя лгуньей и разрушит свой брак.

Вдобавок она могла понести от него.

Интересно, как все будет утром? Как поведет себя Уилвульф? Ему придется что-то сказать, ибо он, подобно ей, знает, что все изменилось – теперь, когда они сделали то, что сделали.

Он должен обратиться к отцу Рагны и просить ее руки. Наверняка возникнет спор из-за приданого. Они оба принадлежали к знати, следовательно, их брак касался не только семейных отношений. Не исключено, что Уилвульфу может потребоваться разрешение короля Этельреда.

Это ему тоже следует обсудить с Рагной. Вообще обсудить предстоит многое – когда и где они поженятся, как все будет обставлено.

Она с нетерпением ждала этого разговора.

Рагна была счастлива, а все хлопоты можно благополучно уладить. Она любила своего избранника, он любил ее, и им суждено вместе провести долгие годы впереди.

Она думала, что не сомкнет глаз всю ночь, но вскоре провалилась в глубокий сон и не просыпалась, пока не наступило утро и слуги не застучали по столу мисками, а помещение не заполнилось запахом свежеиспеченного хлеба.

Она поспешно вскочила и огляделась. Воины Уилвульфа складывали свои немногочисленные пожитки в короба и кожаные сумки. Самого Уилвульфа видно не было: должно быть, ушел умываться.

Родители Рагны вышли из своих покоев и сели во главе стола. Мать вряд ли обрадуется утренним новостям. Отец, конечно, менее привержен соблюдению правил, но едва ли быстро смирится с последствиями того, что случилось. Они оба совсем по-другому мыслили себе будущее Рагны.