Вечер и утро

Да, она женщина находчивая и отважная, но Дренг – человек могущественный. Эдгар не боялся драки с ним – Дренг колотил женщин, а не мужчин, – но этот стервец помыкал всеми в своем доме, был мужем Лив и Этель, хозяином Блод и нанимателем Эдгара. По влиянию в маленькой деревушке он уступал только своему брату-настоятелю, то есть, по сути, мог творить почти все, что взбредет ему на ум. Ссориться с таким человеком было бы неразумно.

Понедельник начался как любой другой будний день. Блод пошла за водой, а Этель приготовила кашу.

– Твоя мать – старая ведьма!

Эдгар догадался, что случилось что-то для него приятное.

– Я и сам порой так думаю, – добродушно ответил он. – А перед тобой она чем провинилась?

– Она хочет уморить меня голодом! Сказала, что теперь поутру мне положена всего одна миска каши!

Эдгар поспешил спрятать ухмылку, чтобы не выдать себя.

Дренг произнес тоном человека, принадлежащего к сильным мира сего:

– Она не посмеет так обращаться с моей дочерью.

– Уже посмела! Только что!

– Как она это объяснила?

– Сказала, что не собирается кормить меня лучше, чем ты кормишь Эдгара.

Дренг растерялся, было очевидно, что он не ожидал ничего подобного. Его смятение было столь велико, что он молчал довольно продолжительное время.

Наконец он повернулся к юноше:

– Значит, поплакался мамочке на свои горести, а?

Эдгар не счел нужным притвориться, будто обиделся:

– К кому же еще мне было пойти, как не к ней?

– Все, с меня хватит.

Квенбург этого не стерпела:

– Отец, ты совсем спятил?! Это же лишний рот, а у нас и так еды в обрез.

– Он уходит, ты возвращаешься. – Дренг пытался делать вид, что полностью владеет обстановкой, но в его поведении сквозило отчаяние.

– Еще чего! – вскинулась Квенбург. – Я замужняя женщина, и мне это нравится.

Дренг понял, что его загнали в угол, и побледнел.

– Просто корми Эдгара посытнее, вот и все, – сказала ему дочь. – Ты же можешь это себе позволить.

Дренг смерил Эдгара недоброжелательным взглядом:

– Ах ты, хитрая маленькая крыса!

– Это не я придумал, – возразил Эдгар. – Знаешь, порой я жалею, что не вырос таким же умным, как моя мама.

– Лучше пожалей, что твоя мать слишком умная.