Вечер и утро

Женщина должна править этим миром так, как ее супруг управляет своими владениями.

Похоже, виконт полагал, что делает женщинам щедрую уступку.

– Я все это терпеть не могу! – решительно выпалила Рагна.

– Ты не вышиваешь? – изумился Гийом.

Рагна справилась с побуждением увильнуть от прямого ответа. Пусть узнает, какова она на самом деле. «Я такая, какая есть».

– Упаси Боже, – проговорила она с содроганием.

Гийом явно растерялся.

– Но почему?

– Я люблю красивую одежду, как и большинство людей вокруг, но не хочу ее шить.

Мне быстро надоедает.

Он выглядел разочарованным.

– Надоедает?

Возможно, настала пора немного подсластить горечь.

– А ты не думал, что благородная дама может исполнять и другие обязанности? Скажем, ее муж отправился воевать, что тогда? Кто-то же должен проследить за тем, чтобы подати выплачивались и справедливость торжествовала.

– Это особые случаи.

Рагна решила, что достаточно ясно высказала свое мнение и лучше слегка отступить, чтобы не накалять обстановку.

– Именно так, – подтвердила она неискренне. – В особых случаях.

Гийом облегченно вздохнул и сменил тему:

– Какой прекрасный вид отсюда!

Замок возвышался над окружающей местностью, вражеское войско можно было углядеть издалека и заблаговременно подготовиться к обороне – или к бегству. Недаром этот замок возвели вблизи побережья. Впрочем, взор Гийома был устремлен на город Шербур. Река Дивет извивалась то влево, то вправо между деревянных домов, крытых соломой, и впадала в бухту.

По улицам сновали телеги, одни катили в гавань, другие двигались в обратном направлении, их колеса поднимали пыль с выжженной солнцем земли. Викингов тут больше не привечали, граф Хьюберт сдержал обещание, данное Уилвульфу, однако у берега стояли на якоре несколько кораблей других народов, а еще горстка расположилась чуть дальше. К гавани приближалось норманнское торговое судно, низко сидящее в воде, груженное, быть может, железом или камнем. Следом виднелись очертания английского корабля.

– Торговый город. – В этом замечании Гийома Рагна уловила нотку неодобрения.

– А каков собой Реймс? – спросила она.

– Святое место, – мгновенно откликнулся виконт. – Хлодвига, короля франков, в незапамятные времена крестил там епископ Реми. Легенда гласит, что с небес слетел белый голубь, несущий ковчежец со Святой Стеклянницей, в ней было священное масло, которым с тех самых пор помазывают каждого нашего монарха.