cнарк снарк: Снег Энцелада. Книга 2

Он корову держал до последнего – так она у него от рака сдохла, в боку дыра с кулак проросла. Ну, он прикинул – и сдернул. Правильно, не для людей там место.

– И что, ничего нельзя сделать? – спросил я. – С радоном?

– Так они не признают, что у них радон. Типа все само по себе разваливается, все сами по себе загнивают. А эта ихняя мэрша крысит, как не в себя…

Сосед снова продул бритву, посмотрел на просвет.

– Администрации дали денег на водокачку, а водокачки-то и нет…

Вечное сияние угара муниципий.

– Если по чесноку, с городишком нелады, – сосед поковырялся в ухе мизинцем. – Тухловато там, ну, сам почувствуешь.

Мужик убрал бритву в футляр.

– Так по старой дороге никак, значит? – уточнил я.

– От отворота? Можно, в принципе, если машину не жалко. «Восьмерка» красная твоя?

– Ага.

– Финка? Англичанка?

– Финка.

– Ну, тогда проскочишь, если без дождя.

Мужик отправился в ванную и сразу выглянул.

– Вчера дожди обещали.

Я тоже решил побриться, достал машинку, стал возить по щекам, ножи дергали волоски, и это способствовало просыпанию.

Проверил телефон.

Новых вызовов не было. А вчера и позавчера вечером звонил Вайатт Эрп, напоминал и угрожал. И Луценко еще, вчера. Интересовался, где я и как. И незнакомый номер, я перезванивать не стал. Это мог быть Хазин или еще кто, но я надеялся, что это блондинка Катя, хотелось думать.

Из ванной опять показался сосед.

– Съезжаешь? – спросил он.

– Ну да.

Я убрал телефон.

– Если надумаешь «восьмеру» свою продавать, позвони, а?

– Куда?

Сосед выступил из ванной, достал из пиджака визитку, вручил мне.

– За хорошие деньги возьму.

– Подумаю.

– И это… лучше в Овражье заправься, – посоветовал сосед. – В Чагинске бензин помойный, лучше «финку» таким не гробить.

Я пообещал не гробить и покинул номер. Сдал ключ на ресепшене, в ответ девушка подарила пятидесятиграммовую баночку молодого меда и сказала, что мед можно заказать с доставкой по всей Центральной России.

Солнце вот-вот собиралось подняться над лесом, я грел двигатель и смотрел на дорогу.

От «У пасеки» до Овражья не встретил никого. Малочисленные фуры еще толком не ожили, стояли вдоль дороги с задернутыми шторками, по асфальту вовсю прыгали крупные лягушки, за ними охотились ежи и длинноногие птицы вроде карликовых цапель.