cнарк снарк: Снег Энцелада. Книга 2

Додик какой-то, не видел его раньше. Тебя спрашивает. Похож на нашего Уланова… твой брат, что ли? Анатолий?

Луценко вытер локтем подбородок и прищурился.

– У меня нет братьев. Что за Анатолий?

– Я так и знал. Ну он, короче, ждет у крыльца.

Я вылез из кресла, попытался выглянуть в окно, но не получилось – Луценко забил сумками подоконник.

– Я подарил ему сумку, – сказал Луценко.

– Зачем?

– Думал, что он твой брат.

Я достал из холодильника еще банку. Люблю апельсин. Открыл. Сок успел слегка замерзнуть, внутри брякали острые льдины – хороший сок, корейский.

Разумеется, обычно я предпочитаю японский, его вкус шире, богаче, но и корейский ничего, питкий и плотный, с легким сандаловым послевкусием, с еле заметными ореховыми верхами.

Я вскрыл банку. Отличный сок.

– Ты чего? – спросил Луценко.

– Устал немного. Перекупался. Жарко еще сегодня…

Я дотянулся до пульта, включил кондиционер.

– Говорят, на кондиционеры введут налог, – сообщил Луценко. – Типа транспортного.

– Это логично, – сказал я.

 – Они перегружают сеть. Из-за этого останавливаются насосы на очистных, поэтому летом нет воды.

– Воды нет по совершенно другой причине, – возразил Луценко. – Ее закачивают в подземные хранилища.

– Зачем?

– А ты видел, какие волноломы строят? И дно углубляют. Это для подводных лодок. Здесь внизу город, и ему нужны запасы воды.

Да. Если заплыть подальше и нырнуть, то иногда слышишь зуммер, звук, похожий на склоки афалин. Но на самом деле это жители подземного Геленджика переговариваются с жителями подземного Лоо.

– Его еще до войны начали строить. Теперь он разросся от Новороссийска до Анапы.

Сейчас расскажет про одного своего старого знакомого, который гулял по горам в поисках джонджоли, но провалился в расщелину, в глубине которой обнаружил туннель и железную дорогу. Он пошел по этому туннелю и скоро встретил поезд, а в нем слепых филиппинцев, имя знакомому было Вилор.

– Я бы хотел, чтоб меня взяли в такой город, – сказал Луценко.

 – Хочу жить в бункере. С детства.

– Почему?

– Не знаю. Наверное, потому, что мать хотела меня убить.

Это Луценко произнес совершенно серьезно. А я не знал, что ему на это ответить, поэтому сказал:

– Моя мать тоже хотела меня убить.

– Это распространено, – согласился Луценко. – Но моя не только хотела, но и пробовала.

– Как?

– По-всякому. Она меня с детства в разные странные секции отдавала. То в мотокросс, то в рафтинг. В стрельбу еще.